Книга Хозяйка драконьей оранжереи, страница 40 – Ольга Ломтева

Я конечно же соглашаюсь. Сейчас мне нужна любая помощь, чтобы собраться как можно скорее.

— Присаживайтесь, — миссис Филипc подходит к туалетному столику и берет расческу.

Я послушно опускаюсь на табурет, и экономка принимается за работу. Ее четкие и быстрые движение лишены всякой суеты. Она расчесывает мои каштановые пряди и собирает их в идеальный пучок на голове.

На мгновение наши взгляды пересекаются в зеркале.

— Вы волнуетесь, — констатирует миссис Филипс, закрепляя последнюю шпильку.

— Да, — шепчу я.

— Страх — естественная реакция, но он вам не помощник. Мистер Хартинг — лучший адвокат столицы и прекрасно знает процедуру. Вам остается следовать его указаниям, и вы добьетесь своего.

Ее слова должны бы утешить, но… Она не знает о нашей выдумке про истинность. Наша ложь всплывет. И хорошо бы после развода.

В столовую я прихожу на негнущихся ногах.

Хартинг сидит за столом как ни в чем не бывало. Читает газету и пьет кофе. Серый костюм сидит на нем идеально, подчеркивая внушительную фигуру. Зрелище кажется таким мирным и обыденным, что на мгновение хочется поверить, что сегодня — еще один день.

В нос бьют ароматы съестного. Резкие и удушающие. Свежеиспеченные булочки, поджаренный бекон, сливочное масло… Желудок сжимается в тугой болезненный узел. Тошнота подкатывает к горлу, и я едва сдерживаю позыв.

Хартинг бросает газету и подскакивает ко мне.

— Что с тобой? — он хватает меня за плечи и заглядывает в лицо.

— Все в порядке. Волнуюсь, только, — я стараюсь не совершать резких движений, так как голова кружится.

— Присядь и поешь, — он ведет меня к столу.

— Нет, — с ужасом говорю я. — Я не буду.

Он неодобрительно качает головой, но не спорит.

— Что ж, тогда пойдем в кабинет и поговорим там.

— Хорошо, — облегченно выдыхаю я.

Мы выходим в коридор и поспешно направляемся в кабинет Хартинга.

— Ты выглядишь отлично, — произносит он, окидывая меня оценивающим взглядом. — Платье очень красивое. Тебе идет этот цвет.

В ответ я лишь улыбаюсь, не в силах выдавить ни слова.

В кабинете свежо и прохладно. Я присаживаюсь в «клиентский» стул, Хартинг занимает свое место. Он берет в руки мое дело.

— Слушай внимательно, Карен. Слушай и запоминай. Ты будешь молчать. Даже если Дирк начнет орать, даже если судья будет выглядеть скептично и воротить нос, даже если тебе захочется высказать все, что накипело, ты — молчишь. Говоришь только, когда тебя спросят прямо.

Я киваю.

— И далее. Когда задают вопрос, обращаясь к тебе — сразу не отвечаешь. Смотришь на меня. Только, если я кивну — ты даешь ответ. В остальных случаях за тебя буду отвечать я.

Мне не совсем нравится такой расклад.

— Не буду ли я выглядеть… глупой, если ты почти все время будешь говорить за меня?

— Ты будешь выглядеть порядочной кроткой леди, доведенной до отчаяния. Я бы посоветовал изобразить испуг, но ты и так выглядишь достаточно напуганной.

Внутри меня зарождается истеричный смех, но я лишь издаю смешок.

— Они будут пытаться вывести тебя из себя. Дирк, его адвокат. Это их тактика. Не дай им этого. Твое оружие сегодня — не слова, а молчание и достоинство. Мое оружие — факты и закон.

Хартинг замолкает, позволяя словам осесть. Я всматриваюсь в его спокойное лицо и ловлю себя на мысли, что его тихий голос и размеренная речь дарят больше утешения и надежды, чем любое сочувствие.