Книга В час, когда замурлычет кот…, страница 38 – Анна Леденцовская

— Помощников получите, чем отмывать — думайте сами, но… — в голосе Морбейна послышался металл, — все отмываемое должно вернуться к своему первоначальному виду. — Его взгляд с лица Мухиной переместился куда-то в сторону и вниз. — Вам понятно? Надеюсь, с вашей помощью Хильденика не пооживляет все мои экспонаты, портреты родственничков и мебель. Я предпочитаю жить в доме, а не в хранилище опасных спятивших вещей.

Судя по недовольному мрявканью, эти слова были сказаны специально для Амура, и наглая рыжая морда была в корне с чем-то несогласна.

— Ну знаете… — Котище огромным скачком, как пушистый кузнечик, запрыгнул на каменюку к восседающей там до сих пор Верочке. — Вообще-то, проводником неинициированной магии Хиль в этот раз стали именно вы, господин Морбейн. Потому неживое и ожило. Магия вашей дочери наложилась на вашу собственную. А в моем случае — на Земле, когда мы пытались дозваться до вас, — магия Хиль подпитала мой зов, поскольку боги способны услышать везде и откликнуться с любого расстояния.

Самодовольно распушившись, кот полез на колени к Вере, пользуясь случаем наконец-то продемонстрировать ей свой пострадавший хвост.

— Надо и правда что-то придумать, Верунчик. Видишь, как все плохо? — печально подсунул он ей под нос свою гордость. Бывший до этого похожим на роскошное перо страуса рыжий хвостище теперь представлял собой жалкое зрелище. Его конец почти наполовину покрывала шерсть, засохшая неопрятными слипшимися махрами, заскорузлая, в краске, смешавшейся в цвет болотной плесневелой грязи. — Растворитель какой-нибудь бы щадящий. А?

В отличие от некромантской коллекции неприятных и жутких чудищ, хвост наглого, но симпатичного кота было и правда жалко. Хотя с ним-то Вера особых сложностей не видела, предложив просто сбрить поврежденную шерсть.

— Чего-о? Ты, Верка, совсем уже? Эй, некромант! Где там твой камешек? Суй ей за пазуху, живо! Не все же вытянул, — завопил котище, испуганно шарахнувшись от нее и свалившись на пол. — Ты не женщина, ты неблагодарная тварь, в монстра превращающаяся! Да если бы я дверь не открыл и бабочки по дому не разлетелись, тебя бы и не нашли до утра. И вот она, благодарность.

Провыв это, рыжий спрятался за ноги Азрайта и, сев на пострадавшую пятую конечность, с осуждением сверлил Мухину взглядом.

Непонятно, до чего бы они еще договорились втроем, но в подвале появились новые, совершенно лишние там лица, и тоже со своими новостями и претензиями.

Первым в недовольно скрипнувшую дверь ввалился заляпанный краской скелет с разноцветным сачком и огромной банкой, в которой «бяк-бяк крылышками» делали с десяток ярких, но кривоватеньких бабочек. За ним павой вплыла абсолютно не пострадавшая от сей покрасочной вакханалии величественная горничная в мантилье и оборках, держа за руку чистенько одетую, но в остальном совершенно изгвазданную в краске разноцветную Хиль.

Лицо, руки и влажные от мытья волосы ребенка были все испещрены цветными брызгами.

— Господин Морбейн, краска не отмывается, — сообщила Ильда и без этого очевидную новость.

— А этих куда? — Пятнистый скелет тоже не стал молчать и продемонстрировал хозяину улов. — Маленькая госпожа не разрешает уничтожать, а из ее комнаты они разлетаются.

Некромант посмотрел на Верочку, а следом, заставив Мухину втянуть голову в плечи на манер черепашки, на ней скрестились взгляды всех остальных, включая умоляющий от малышки, которой хотелось оставить себе свои первые творения.