Книга В час, когда замурлычет кот…, страница 68 – Анна Леденцовская

Вся собравшаяся толпа привидений почтительно расступилась перед родоначальником династии Морбейн.

Оглядев Верочку, родителей Азрайта и пойманную тварь, патриарх что-то угукнул, поскреб когтями подмышку, а потом, словно разбивая пиньяту, шибанул своим посохом по гарзелю, которого отец некроманта держал на весу на вытянутой руке.

Вот тут-то Мухина наконец услышала, как визжит мерзавец. Череп на конце посоха дядечки засиял впадинами глазниц, словно фонариками, и от противного уродца, который иссыхал под их лучами, стали отваливаться куски. Они падали на землю, а старый шаман продолжал колотить, ухая, словно шимпанзе, пока не осталась орущая носатая голова. Подброшенная в воздух папашей Азрайта, она получила последнюю затрещину и рассыпалась на части.

На ее месте остался валяться крошечный мутный кристалл, который шаман подобрал, осмотрел со всех сторон, обнюхал и сунул себе куда-то в складки шкур.

Подойдя к Верочке, он обошел вокруг нее, разглядывая, и, сняв с могучей ручищи кожаный шнурок с кусочком зеленого камешка, надел ей на шею, а потом, послюнив палец, коснулся ее лба. Проделав все это, призрак развернулся к Вере Дмитриевне спиной и исчез, ни с кем не попрощавшись.

— Как же так? А жена Азика? Что происходит? Так нельзя, это немыслимо, — раздался рядом с Мухиной голос леди Морбейн. — Милочка, как вас там? Вера? Объясните, что у вас с моим сыном. Немед…

Звук ее голоса стал таять. Мухина почувствовала себя так, как будто качается на волнах и проваливается куда-то в сон, ее сознание закрутило и понесло в непонятном направлении.

А потом она ощутила, что ее обнимают сильные теплые руки. Кожи коснулось дыхание, и голос некроманта ласково позвал:

— Вера Дмитриевна? Верочка, все закончилось.

С момента уничтожения гарзеля прошло уже несколько месяцев. Очнувшись от временного упокоения, Вера Дмитриевна, к большому сожалению некроманта, совершенно ничего не помнила.

Точнее, она помнила предшествовавшие смерти события, а вот о том, что происходило с ней за гранью, рассказать не могла. Иногда во сне к ней являлись какие-то туманные образы, но с пробуждением снова забывались. Единственное, что Мухина четко знала, — это что мерзкого карлика больше нет.

У Амура отросла шерсть, но его склонность влипать в авантюры никуда не делась.

Верочке стало на удивление легко даваться создание всяких алхимических составов из книги в лаборатории. Она сумела в конце концов стабилизировать бабочек для Хильденики и отмыть дом Морбейнов.

Гораздо интереснее дела обстояли на кулинарном поприще. Керт подкарауливал Веру в столовой и всеми силами старался заманить на кухню, чтобы она сготовила что-нибудь новенькое. Повар все еще пытался вернуть себе стаби дракоморфов, поселившихся во всеядном растении недалеко от родового склепа Морбейнов.

Так-то Мухина была не против, но Хиль требовала все больше и больше внимания, девочку следовало учить. Вот Вера и учила тому, чему могла: чтению по книгам из лаборатории, истории мира, которую старалась освоить сама, элементарной математике и рукоделию, ботанике в саду.

Для шестилетки малышка оказалась на редкость смышленой девочкой и очень любознательной.

Единственное, что время от времени портило Мухиной жизнь, — это появившаяся у нее странная привычка бродить во сне по ночам. Два раза в месяц она, ложась спать в своей постели, просыпалась от холода где-то в другом месте.