Книга Дневник злодейки, страница 25 – Елена Паленова

Ученики на испытательном сроке в питомнике работают по стандартному графику «пять к двум» ― суббота и воскресенье выходные. Погода, конечно, подкачала и никак не располагала к прогулкам, но я поставила перед собой цель и отказываться от её достижения из-за льющейся с неба воды не собиралась. Позвонила несколько раз по номеру, полученному от Туманова, но абонент так и не соизволил ответить на мой звонок, поэтому я поехала по адресу.

Частный сектор, безлюдная улица, мокрый кот под огромной липой… Калитка оказалась закрытой на замок, дверного звонка рядом с ней не было, поэтому я от души грохнула несколько раз кулаком по металлу забора. Добиться этим удалось только гнева соседа, собака во дворе у которого отреагировала на громкий шум истошным лаем. Щуплый дедочек, прикрывая голову зелёной брезентовой курткой, вышел ко мне и сообщил, что хозяйка соседнего дома уехала, а дом выставлен на продажу. Не слишком хорошие новости, но ожидать, что кто-то принесёт мне истину и спасение на блюдечке с голубой каёмочкой, было бы глупо.

Я вернулась домой, отказалась от предложения мамы поужинать, закрылась в своей комнате, завалилась на кровать и принялась думать. Вводных данных немного, но если я всё правильно понимаю, то наследуемые проклятия передаются по крови. Я не связана с Тумановыми родством. Мне лишь перепала часть того, что должно было достаться Руслану целиком. Ему ― несчастья, мне ― их источник. Исходя из откровений его матери, получается, что в первой паре было всё с точностью до наоборот: Геннадий Васильевич играл роль агрессивного абьюзера, а его жене досталась роль жертвы и страдалицы. Судя по замученному виду Туманова-младшего, на его плечи легло не столько наследие отца, сколько то, что имела мать. Значит, у меня половина, которая раньше принадлежала Геннадию Васильевичу. Трансформированная в злобный дар, да, но логично же? Наверное, так произошло потому, что я по натуре не тиран. Зло не смогло обрести нужную форму, вот и вылилось в скрытое бедствие.

Выходит, что математически проклятие состоит из завершённого сочетания «убийца и жертва». Должно быть, профессорский сынок пытался свести счёты с жизнью, поэтому его родители и приклеили к нему ведьму, которая забирала часть негатива на себя, а потом переложила этот груз на влюблённую ду… Нет, так нельзя. О мёртвых нужно говорить либо хорошо, либо никак. Но если так, то очевидно же, что она просто превратила мать Руслана в ничего не подозревающую жертву, не связанную с исходным объектом кровью, чем сбила проклятие с толку. А когда ниточка порвалась, зло напало на ребёнка, в котором есть и кровь отца, и унаследованная от матери роль жертвы. Вроде бы всё сходится. Я не понимаю в магии ровным счётом ничего, но думаю, что какая-то логика всё-таки должна присутствовать. И если всё так, то смерть Руслана действительно должна стать финалом всего этого ужаса. Мой злой дар ― лишь оружие, которое его добьёт. Это навязанное, а не врождённое. Оно исчезнет, когда выполнит свою задачу. Мы с Русланом не в той ситуации, в какой были его родители. Для нас двоих предусмотрен простой исход. Мне ― свобода, а ему ― вечный покой. Сейчас судьба сводит нас, чтобы проклятие свершилось, но и отталкивает из-за тех лет, которые мать подарила своему сыну.