Книга Сокровище дархана, страница 99 – Марианна Красовская

— Это как это?

— Погоди, позже, сейчас самое интересное будет. В общем, Ольг матушку выкрал, ко мне привел, да не одну. С ними еще кохтский посол был, его старый знакомец. Мама про него рассказывала — Наран, ее брату верный друг. Смотрю я на Нарана и думаю: а ведь я его где-то видел. Он высокий, худой, рыжий…

Ситара громко фыркнула, разом обо всем догадавшись. Ведь и Ингвар был высоким, худым и рыжим! Да и знала она, как отца любимого величали… Но перебивать не стала, интересно же, что дальше!

— С матерью и Нараном мы живо до Коха добрались. Лисьими тропами шли, мать умеет и меня потом научила. А там я разговор и подслушал, что не боярин Вольский мой настоящий отец, а этот… посол. И такая злость меня взяла, такая обида на мать за обман — что я захотел убежать от всех, спрятаться. Как сейчас помню: все стало таким большим, а я — маленьким.

— У меня наоборот было, — хихикнула Ситара. — Раз — и я головой в свод пещеры упираюсь. Хотя тоже разозлилась ужасно. Асахан таких гадостей мне наговорил… — И торопливо добавила: — Но я уже все позабыла. Он ведь специально меня из себя выводил! А на самом деле так не думал, правда?

— Правда, — подтвердил Ингвар. — Сахи может быть невыносимым, но друг он надежный.

Поежился, вспомнив, что сам «надежному» не поверил, ослепленный ревностью и гневом, и продолжил рассказ:

— В лиса-то я обратился, а как обратно — не знал. Боялся всего, дрожал. Голодным был ужасно: я ведь и человек тоже. Мышей ловить не умею, птицу сырую есть брезгую. В воду за рыбой страшно соваться. Три дня, кажется, прятался, а потом меня дед нашел, позвал по-особенному, я и пришел. И даже на руки позволил себя взять. Пахло от него… не знаю. Правильно пахло. Он был такой же, как я. А там уж мать мне все объяснила. Что отец ее всегда любил, что они только один раз вместе были, а потом она уехала в Лисгород и только там поняла, что беременна. Я поверил, успокоился — и опять человеком стал[1].

— Хорошо как все закончилось, — обрадовалась Ситара. — А как же ты научился оборачиваться, когда нужно?

— А это просто оказалось. Нужно только зверя изнутри позвать — и он придет.

Принцесса всплеснула руками, тут же вспомнив, как ее учили искать покой: сначала в храме, а потом — Хашур на корабле. Вот для чего все это было! И как она сразу не догадалась! Ведь ей тогда почти удалось призвать дракона — верно, Асахан был и вправду не так уж далеко! Но теперь-то и без него можно.

— Я поняла! — вскрикнула она. — Отойди-ка подальше, попробую.

Она села на землю, скрестила ноги, расправила плечи. Кисти рук опустила на колени, глаза закрыла и потянулась всем разумом к своей сущности. Вот он, дракон. Спит сладко, устал, со Змеем сражаясь. «Просыпайся, мой хороший, ты сейчас очень нужен. Выходи. Твое время пришло».

Дракон капризничал и пробуждаться не желал — ну чисто как сама Ситара по утрам! Но ничего, она тоже упрямая, растолкала его. Снова резкая боль — теперь уже мимолетная, терпимая — и холодный твердый свод над самой головой. Оказывается, драконы прекрасно видят в темноте.

Недовольно ворча, дракон без всякого труда раскидал тяжелые камни и выбрался из пещеры. Снаружи была ночь, прохладная и тихая. Ситара блаженно вдохнула свежий воздух. Голова резко закружилась, она упала на траву. А дракон вновь заснул.