Книга Невеста для пилигрима, страница 4 – Рута Даниярова

Бернт поразился, увидел большой алмаз редчайшей голубоватой окраски. Камень, конечно, требовал долгой обработки, но ювелир уже видел, какое чудо можно сотворить с ним.

— Я дам вам за алмаз три тысячи золотых, если вы действительно его владелец.

Посетитель рассказал, что он Лерос, купец, плывший на собственном торговом судне с ценным грузом из Умарты (1). Его корабль, попав в сильный шторм, сбился с курса и затонул, а ему самому удалось спастись с парой матросов на утлой лодочке. Несколько дней их носило под палящим солнцем по Дымному морю, пока лодку не заметил корабль, направлявшийся в Шимарут.

Лишившись корабля и товаров, Лерос потерпел огромные убытки, да еще остался должен компаньонам. Камень принадлежал прадеду купца, который выиграл его в кости в каком-то порту, и с тех пор считался фамильной реликвией Леросов.

Ювелир задумчиво кивнул. Он ни от кого не слышал о пропаже голубого алмаза, но все равно должен был проверить слова купца. Через несколько дней Лерос получил мешок золота.

— Говорят, этот камень приносит удачу, пусть теперь вам послужит, — сказал Лерос, с сожалением передавая алмаз в руки ювелира.

— Вам он точно помог спастись, — кратко ответил Бернт.

Так голубой алмаз, приносящий удачу, попал к Иохиму.

Ювелир в каждое свое изделие должен вкладывать часть души, так учил его знаменитый мастер Ахан Тиш, изготовивший немало драгоценностей, которые носили короли и герцоги соседних стран.

Но в это кольцо Бернт вложил и сердце, и душу, и всю свою любовь, потому что носить его будет не принцесса или герцогиня, а его единственная дочь, красавица Виола.

Завтра вечером жених преподнесет ей прекрасное кольцо с голубым алмазом в знак их помолвки.

Иохим вот уже месяц каждое утро возносил молитвы светлой богине Кайниэль, радуясь за дочь. Виоле наконец сделал предложение достойный жених, сын графа Эрдорта из соседней Алтуэзии (2). И пусть Лейнар был всего лишь третьим сыном графа Эрдорта и не мог претендовать на отцовское имение, но денег у ювелира хватало. Он был совсем не прочь породниться со знатью, брак его дочери Виолы с Лейнаром Эрдортом открывал бы новые перспективы его делу.

Он купил бы зятю титул барона, уже узнавал у бургомистра, как можно это сделать, и станет его любимая Виола баронессой…Ювелир несколько раз произнес про себя, как красиво это звучит: «баронесса Виола Эрдорт».

А затем Иохим представил, как держит на руках малыша, внука или внучку, и его глаза увлажнились.

Бернт пристыдил себя за сентиментальность, но ничего не мог с собой поделать. Мечты о внуках, которые продолжат род, согревали его душу, наполняли жизнь вечным смыслом. Его любимая жена умерла пятнадцать лет назад, родив мертвого сына, и тогда казалось, что он с ума сойдет от горя и тяжелых черных мыслей, с которыми он начинал и заканчивал день.

Но Бернт не сошел с ума, потому что у него осталась дочь Виола, а еще было любимое ремесло.

Он с головой погрузился в работу, стараясь обеспечить дочери достойную жизнь и дать ей все возможное, чтобы хоть немного заменить девочке отсутствие матери.

Иохим стремился быть лучшим в своем деле. Он знал, что богиня Кайниэль порицает тщеславие, не зря ее изображали босой в простом белом платье, держащей в ладони несколько пшеничных зернышек.