Книга Чужая невеста для сына герцога, страница 12 – Рута Даниярова

К храму ловцов не вела ни одна дорога наверх, повсюду возвышались лишь неприступные угрюмые скалы.

— Как же мы попадем туда? — спросил кто-то из солдат.

Шу-вээс посмотрел на вершину горы, а затем встал на небольшую площадку, усыпанную острыми осколками черных камней. Он поднял руку, и от его ладони поднялся высоко вверх оранжевый луч.

Солдаты зашептались, Камиес Бриас передернул плечами.

Шу-вээс сделал знак, чтобы все отошли от него.

Спустя несколько минут послышался скрип, и сверху на толстых канатах стала спускаться большая плетеная корзина, раскачиваясь от ветра.

Она остановилась, и из нее вылезли три человека в серых плащах с капюшонами, почти закрывающими бледные лица. Это были ловцы тьмы. Они молча поклонились Шу-вээсу, отошли в сторону, и корзина, скрипя, снова стала подниматься наверх.

Вскоре корзина вновь опустилась, и из нее вышли еще три жреца.

Двое из них низко поклонились и встали рядом со своими собратьями, а третий подошел почти вплотную к Шу-вээсу. Это был главный жрец ловцов тьмы. Поверх его плаща висело ожерелье из черных крупных кристаллов.

Лицо жреца словно все состояло из резких углов: загнутый нос, изогнутый скорбно рот, к тому же одно плечо было заметно выше другого.

Под лохматыми седыми бровями светились оранжевые глаза.

— Светлого тебе дня, Шу-вээс! — он поклонился, приложив руку к черным кристаллам. Этот жест означал у ловцов уважение к собеседнику и искренность обращенных к нему слов.

— И тебе светлого дня, Тай-вээс, — проворчал старик. — Давно я не видел тебя, главный ловец. Думал, что ты уже умер.

— Я гораздо моложе тебя, — усмехнулся Тай-вээс, — и мне еще рано умирать.

— Говорят, твой предшественник разбился, поднимаясь в этой корзине, — сказал Шу-вээс.

— Ты же знаешь, боги запрещают нам менять канаты, пока они сами не порвутся под грузом грешников, — нахмурился Тай-вээс.

— Выходит, у прежнего главного ловца было слишком много грехов, — хмыкнул Шу-вээс.

Тай-вээс сверлил его сердитым зглядом.

— Не думал, что ты сам отправишься в этот раз с отрядом, — покачал головой Шу-вээс.

— Я знаю, что в последние годы ты ждешь аэсти, — сказал главный ловец. — Хочу быть рядом, когда ты ее найдешь.

— Зачем тебе моя аэсти? — насупился жрец, хотя он знал ответ.

— Сам знаешь, что, если где-то появится дева с даром аэсти, рядом может быть кайэ — эсти (1). Мы должны соблюдать священное равновесие, иначе тьма поглотит мир. Ты заберешь себе аэсти, а мы увезем темную.

— Я знаю, что вы стали путаться в своих знамениях, — сказал Шу-вээс. — Слышал, что вы увозите девиц при малейшем подозрении на темную силу. Айчама уже перестала помогать тебе, Тай-вээс.

Это была неприкрытая насмешка. Намек на то, что орден ловцов тьмы стал слабеть. Тай-вээс поджал тонкие губы. Двадцать лет назад после гибели своего предшественника он стал главным ловцом с помощью хитроумных интриг, запугиваний слабых братьев, лести и золота, предназначенных для сильных. Но его магия была слаба.

Несколько веков назад их орден был могущественным, главные ловцы были сильными магами и умели находить девушек, наделенных как светлым, так и темным даром в пределах трех королевств.

Ловцов тьмы не любили, но владыки соседних королевств дали свое согласие, чтобы жрецы могли свободно ездить по их землям. Все помнили, как девушка, охваченная темной силой, сожгла целый город и высушила полноводную реку Чаиршму.