Книга Хозяйка замка на скале, страница 124 – Анастасия Пенкина

Она медленно, опираясь на трость, поднялась с кресла. Лицо ее было бледным, и вся она выглядела хрупкой, осунувшейся, но в ее осанке была несгибаемая сила. — Обдумай мои слова.

И, не дав мне возможности высказаться, отказаться, выкрикнуть все, что кипело внутри, она направилась к двери в свои внутренние покои. Ее шаги, отмеряемые стуком трости, становились все тише. Дверь закрылась.

Я осталась одна посреди чужой гостиной. В ушах гудело.

«Позволишь себя поймать». Как будто я какая-то дичь. Как будто у меня нет своего выбора, своих желаний.

Нет. Нет, нет и еще раз нет. Я вышла в коридор и почти побежала к себе. Нужно было обдумать, как действовать дальше.

Мне придется прятаться завтрашней ночью. Но где? В замке? В своей комнате? Если придут за мной — выломают дверь. Или просто прикажут открыть. У меня здесь нет никакой реальной власти. На ферме? С козлодраками? Бордрик не станет перечить лордам. Да и там меня найдут так же легко.

Комната всё-таки казалась лучшим вариантом. Хоть какие-то стены, хоть какая-то дверь между мной и всем этим безумием. Нужно будет просто… никому не открывать. Целую ночь. А если придут с угрозами… Что я смогу сделать?

В голове не было ответов, только вихрь из панических мыслей. Я добралась до своей комнаты, заперла дверь на ключ и прислонилась к ней, пытаясь отдышаться. Главная ночь охоты. Все выйдут на луг. Драконы будут летать. А я должна буду сидеть здесь, как мышь в норке, и надеяться, что меня не выкурят.

План рождался туманный и не идеальный. Но одно было ясно. Завтра вечером я не выйду из этой комнаты. Ни за что. А остальное… остальное придется придумать по ходу дела.

Следующее утро после разговора с Исель я встретила не в столовой, а на ферме. Это был мой маленький бунт. Пусть думают, что хотят. Я не пойду сидеть за их столом и делать вид, что все в порядке.

Бордрик как раз выходил из дома. Увидел меня и кивнул. — Не завтракали, миледи? У меня еда хоть и простая, но свежая. — Спасибо, Бордрик, — сказала я искренне. — Не откажусь.

В его маленьком, чистом доме пахло дымом от очага, ржаным хлебом и травами. Мы сели за грубый деревянный стол. Бордрик поставил на стол простоквашу из козьего молока, она оказалась густой и прохладной, серые ломтики свежего хлеба и вареные яйца. Я ела и слушала, как за окном, сидя на высоком дереве, кричат птицы. Здесь было спокойно.

— Как хорошо, что охота-то наконец закончится, слава драконьим костям, — вздохнул Бордрик, попивая свой чай. — Шум, крики, драконы в небе… Старику да козам покоя нет.

— Вы давно тут живете, Бордрик? — спросила я больше из вежливости, чтобы поддержать разговор.

— О, давно. Мой дед еще при старом лорде служил. И сказки рассказывал, какие нынче и не услышишь. Про старые времена.

Я сделала глоток чая. Мне было не до сказок, но слушать старика было приятнее, чем думать о предстоящей ночи.

— О чем сказки? — спросила я, чтобы он продолжал.

Бордрик прищурился, глядя в окно, будто видел там не двор, а давно ушедшие времена. — Драконы-то наши не просто так гнезда на скалах вили. Не только от первородных прятались. Были у них тогда враги пострашнее…

Он помолчал для важности. — Крылатые, пернатые. Голоса что мед, а души что лед. Сиренами звали. Жили у моря, да и в лесах темных водились.