Книга 48 минут. Пепел, страница 137 – Виктория Побединская

— Хейз не дурак, – говорит Торн медленно. – Когда он разработал план, чтобы Рейвен могла уйти, предусмотрел одну мелочь. Дал тому, кто поручится за нее, гарантию безопасности. – «Та самая информация, о которой говорил Тайлер!» – Перенес ее на чип и разделил на две части, отдав вторую Рей. Расчет был прост. Если ты ушел один, то ничего не выиграл. Только она может запустить программу.

— А Тайлер не вернулся, – выдыхаю я со свистом.

— Нет.

Вопрос срывается с языка быстрее, чем я его обдумываю:

— Он знает?

Торн отворачивается.

— Он знает? – уже громче переспрашиваю я и тут же с ужасом догадываюсь: – Вы не стали ему говорить. Иначе он бы отправился на поиски вашей дочери.

— Не думаю, что у тебя есть право меня обвинять, – спокойно отвечает Торн. Мне хочется рассмеяться.

— А теперь Тай ведет нас прямиком в ловушку. – Я устало прикрываю глаза, опускаясь на постель. – Зачем вы рассказываете мне это? Чего хотите? Чтобы я его остановила? Заставила передумать и сбежать? Тай меня никогда не послушает.

— По крайней мере, ты можешь попробовать, Виола. Если вы уйдете сейчас, никто не пострадает.

Я качаю головой.

— Я не смогу его переубедить. – И съеживаюсь от одной лишь мысли, что, как бы там ни было, все решится именно в Кенсингтон-холле. – Спасибо за откровенность, майор. Увидимся на приеме, – говорю я, предельно ясно обозначая, что наш разговор окончен. – Надеюсь, в самый ответственный момент вам хватит смелости говорить открыто.

Торн поднимается.

— Хорошо подумай, Виола. У вас еще есть шанс.

Я киваю.

— Уж поверьте, я приложу все усилия, – отвечаю я резко. – Но только не для того, чтобы сбежать, а чтобы правда вышла наконец наружу. Вот увидите!

Остановившись у двери, майор оборачивается и тихо произносит:

— А ты быстро учишься здешним играм.

И я отвечаю:

— Иногда тебя не спрашивают, хочешь ли ты играть.

Идеально сидящее платье жмет в груди. Недостатком не воздуха – свободы. Я кусаю губы, оглядываясь по сторонам, – пытаюсь запечатлеть в памяти путь, которым мы шли сюда. Широкие лестницы, позолоченные перила, роскошные комнаты сливаются в сплошное блестящее пятно, и я уже не уверена, что не заплутаю, попытавшись сбежать. Но хуже всего становится, когда мы оказываемся у парадного зала. Двери закрываются, и звук их – как щелчок замка. Назад дороги нет. Периметр охраняется солдатами Коракса, облаченными в черную парадную форму. Точно такая же надета на Тайлере.

— Воскресать надо тоже с размахом, – сказал он утром, поправляя мундир. – Как я выгляжу?

— Отвратительно.

Это была ложь. Форма сидела идеально. Тай в ответ лишь заговорщически улыбнулся, едва приподняв широкие светлые брови. Он не солгал насчет нашего приглашения. Потому что мы прошли минимум половину зала, а никто нас не остановил.

— Я же говорил, Максфилд знает толк в зрелищах, – говорит Тайлер, рассматривая огромный экран на дальней стене. В гранях зеркальной колонны отражаются белые барельефы. И на их фоне – мы. Вдвоем. Со стороны – идеальная пара. Одетый в парадный мундир молодой лейтенант и рыжеволосая девушка ему под стать, затянутая в черное платье. Тайлер наклоняется к моему уху, убирая волосы с плеча. – Выглядишь изумительно.

— Зато чувствую себя наоборот. Не на своем месте.