Книга 48 минут. Пепел, страница 144 – Виктория Побединская

— Зачем ты вернулся? – выдыхаю я с шумом.

— А зачем ты сбежала? – холодно спрашивает Ник, слегка склонив голову набок. Наши лица оказываются совсем близко, так что я могу рассмотреть все темные крапинки в его глазах. В зале звучит новая череда взрывов, и толпа восторженно аплодирует.

— Надо было уезжать, как планировали!

— Надо было слушать меня, а не выделываться!

— Ты же понимаешь, что нас не отпустят. Даже если мы сможем уйти, это никогда не прекратится, – шепчу я. – Никогда.

Несмотря на то что сказанного не вернуть, часть меня надеется, что сейчас Ник ухмыльнется своей фирменной кривоватой улыбкой и ответит что-то едкое, но ободряющее. Что я просто трусиха. Что мы справимся. Ведь у нас всегда получалось. И я ему поверю. Вот только он молчит.

— Помнишь супермаркет, когда люди Коракса впервые на нас напали? – спрашиваю я. Ник едва заметно кивает, поглядывая в зал. Его черные брови хмурятся. – Я боялась даже шаг сделать, но ты сказал, что будешь рядом. Тогда я впервые тебе доверилась. И верю до сих пор. А теперь хочу, чтобы ты поверил мне. И ушел, пока есть такая возможность.

— Знаешь что, Ви… – Но он не успевает договорить, потому что в зале взрывается фальшивая пиротехника. Раздается грохот, и все вокруг застилает белый дым. – Молодец, Шон, – шепчет Ник, приоткрывая штору и глядя, как густая пелена повисает в воздухе. Она могла бы стать идеальным прикрытием… Если бы не браслет на моей руке, который в этот же самый момент загорается красным.

Вот и конец.

— Идем. – Ник тянет меня за собой, но я вынуждаю его остановиться, хватая обеими руками за запястье.

— Нет, мы не сможем вечно убегать.

Он молчит. Секунды тикают. На той стороне зала раздаются овации.

— Закрыть все входы и выходы. Никого не выпускать! – доносится чей-то командный голос рядом с нами. Ник растерянно оглядывается – настолько привычный жест, как будто жить без оглядки он больше не умеет. Впитанный на уровне рефлексов, как у дикого зверя. И от осознания этого я утверждаюсь в своем решении еще больше.

— Где программа, которая нужна отцу?

На лестнице вновь раздаются шаги – ровный, вибрирующий топот десятков ног. Подкрепление.

— Ее здесь нет. Я, по-твоему, что, совсем ненормальный – тащить ее сюда? – шепчет Ник. Осторожно отодвинув штору, выглядывает наружу. Даже из-за его корпуса я вижу, сколько солдат отправили на наши поиски! Нам ни за что не выбраться отсюда.

— Не стрелять! – раздается команда. – В зале гражданские.

— Помоги мне, – прошу я, разворачивая лицо Ника к себе за подбородок. – Помоги добраться до центрального процессора. Мы запустим информацию, которую достала Рейвен, на всеобщее обозрение.

Ник качает головой:

— Не получится. Мы пробовали. Шон с Рейвен несколько дней над этим бились. Процессор, который отвечает за презентацию, защищен так, что не подступиться.

— Что ты тогда предлагаешь?

Я едва поднимаю голову, оцарапывая взглядом линию его ключиц. Потом выдыхаю:

— Эхо. Каждый человек в этом зале сегодня подключен к системе. Лучшей возможности и представить нельзя.

— Дурная идея.

— У нас есть все доказательства против отца: Рей, которую держали взаперти столько лет, отчеты о гибели парней из лаборатории, подпольные заказы, которые вы выполняли. Мы покажем им всё.

— Нас вычислят и тут же пристрелят, – шепчет Ник, пока я поглядываю на браслет, размеренное мигание которого отсчитывает последние секунды свободы.