Книга 48 минут. Пепел, страница 67 – Виктория Побединская

— Своим парнем? Постой! – Меня осеняет: – Та запись с камер наблюдения в Кораксе. Парень-лаборант, слишком мелкий на фоне остальных. Мне даже жаль его стало. Выходит, это был совсем не парень?

— Наверняка, – едва заметно улыбается Джесс. – Когда я приехал, Лаборатория была обесточена, – продолжает он. – Сейчас я понимаю, это Рейвен постаралась. Вырубила камеры, отключила напряжение на воротах. До последнего надеялась, что вам удастся сбежать. Но все произошло очень быстро. Я вошел внутрь через черный ход, и к тому моменту, как добрался до Ника, моя помощь уже не требовалась. Они с Кавано сами обезоружили охранников. Разгромили операционную в щепки.

«Значит, вот почему мы попали в разные вагоны, – думаю я. – Шон увел меня раньше». Настолько, что мы успели занять места как обычные пассажиры и даже познакомиться с теми, кто ехал рядом. Ник же с Артом наверняка ворвались в поезд перед самым отбытием. Я буквально вижу, как, сбивая встречных с ног, он судорожно ищет ручку и на клочке бумаги успевает написать только самое главное «Найди Виолу…», а на имени Шона теряет сознание.

— Почему ты не ушел с ними? – спрашиваю я.

— Странный вопрос. Я и не собирался. Решил, что внутри Коракса от меня в случае чего будет больше пользы.

— И отец поверил?

Джесс пожимает плечами:

— Мы с Ником долгое время не разговаривали, так что… особо меня не допрашивали. – Судя по тону, это ложь. Уверена, отец всю душу из него вытряс. Но Джесс не вдается в подробности, и я решаю не выспрашивать. – Наблюдали, конечно, особенно первые пару недель, но не нашли следов причастности. К тому же Максфилд знал, что Ник потеряет память. Только он не догадывался об одном…

Видимо, на моем лице мелькает тень непонимания, потому что, опираясь на руль, Джесс наклоняется и свободной рукой достает из ботинка нож. Я осторожно беру его в руку, будто взвешивая. На резной рукоятке выгравированы инициалы «Н. Л.».

— Николас Лавант, – говорю я, поглаживая пальцами рукоять, все еще не понимая, куда Джесс клонит. – Я видела у него такой.

— Ты видела мой. Я отдал ему свой нож в день побега. А в карман засунул номер телефона с запиской, чтобы, когда вспомнит, откуда он у него, позвонил.

Смысл слов доходит до меня не сразу, но потом обрушивается всей тяжестью. Я шумно выдыхаю через нос. От мыслей о той ночи снова накатывает желание побиться головой о что-нибудь твердое. Я была в этот момент рядом с Ником в Карлайле, когда мы поехали искать Тайлера. Он увидел Джесса, вспомнил его, поэтому и решил встретиться с братом.

— Вот и вся история.

Боже, ну я и дура!

— Почему вы не поменяетесь обратно? – опустив взгляд, спрашиваю я. Просто чтобы не молчать. Тишина убивает, и мне хочется говорить о чем угодно, лишь бы не позволять мыслям снова лезть в голову.

— Ник попросил. А он редко о чем-то просит. Сказал, мой нож для него как оберег или талисман, что-то вроде того. Я не стал настаивать. В конце концов, это его любимая игрушка. Мне и кулаков хватает.

— Не знала, что он суеверный.

Джесс ухмыляется.

— Самый первый нож, тот, что у тебя в руках, я подарил Нику перед отъездом в Эдмундс. Ему одиннадцать было, – говорит он, забирая оружие и укладывая его обратно в ножны. – Его цена не больше пятнадцати фунтов. На самом деле он разве что овощи чистить годится.