Книга Зеленая ведьма: Попаданка для дракона, страница 95 – Аурелия Шедоу

Это была ответственность.

Я сделала шаг вперёд, к самому краю. Волна боли от выжженной долины накатила с новой силой. Я не стала отгораживаться. Я впустила её. Вся эта агония стала моей. Я вспомнила Орвина. Его усталые, добрые глаза, его веру в меня. Вспомнила тёплую, шершавую ладонь Гвенды, вкладывающую в мою руку камешек. «Вернись». Вспомнила испуганные лица служанок, солдат в замке — всех этих людей, чья судьба зависела от этой земли.

А я думала только о себе. О своей свободе. О том, чтобы не стать «вещью». Моё бегство, моё благородное стремление к свободе, вдруг предстало передо мной в истинном свете — эгоистичным, трусливым побегом.

Я обернулась к Каэльгорну. Его молчаливая фигура на фоне мёртвой долины была воплощением того бремени, от которого я так отчаянно бежала. Но теперь я видела не тюремщика. Я видела последнюю преграду на пути хаоса.

— Они не остановятся на этом, — тихо сказала я. Мой голос был чужим, но твёрдым.

Он медленно повернул ко мне голову. В его золотых глазах плескалась та же леденящая душу ясность, что поселилась и во мне.

— Нет, — его ответ прозвучал глухо, как удар колокола по пустоте. — Это только начало.

Я кивнула, глотая ком в горле. Страха не было. Его выжгла та самая боль, что теперь жила во мне.

— Я не знаю, смогу ли я исцелить твои Пики, — сказала я, глядя ему прямо в глаза. — Но я буду пытаться. Не по приказу. Не из страха. А потому что иначе нельзя.

Я сказала это не пленница, заключающая сделку. Я сказала это как человек, нашедший, наконец, своё место в этой чужой, искалеченной вселенной. И впервые за долгое время — это место было не за решёткой, а на линии огня.

Глава 50: Сердце Сада

Мы шли молча. Даже Нимбус, чье сияние оставалось приглушенным, не решался нарушить тяжелую тишину, повисшую между нами после увиденного в долине. Каждый шаг отдавался во мне эхом той агонии, что я впустила в себя. Это было похоже на глубокую рану, которая ныла, но уже не угрожала жизнью, а напоминала о себе с каждым движением.

Каэльгорн шел впереди, его спина была прямой, но в каждом его движении читалась неподъемная тяжесть. Он был скалой, которую медленно, но верно подтачивала морская вода чужой магии. И я, наконец, поняла, что эта скала — единственное, что пока удерживало весь берег от полного разрушения.

Внезапно он свернул с едва заметной тропы, раздвинул завесу плакучих ветвей ивы и замер. Я остановилась рядом, заглянула за его плечо — и дыхание перехватило.

Это был маленький, скрытый от глаз мир. Небольшая поляна, окруженная вековыми елями, чьи кроны создавали живой, дышащий купол. В центре бил из-под земли ключ, его вода была настолько чистой, что сквозь нее виднелся каждый камешек на дне. Воздух был свежим, пах хвоей, влажным мхом и чем-то неуловимо сладким. И тишина… не мертвая, как в выжженной долине, а живая, наполненная шелестом листьев, жужжанием насекомых, тихим плеском воды.

Но главное — Виа.

Здесь она звучала иначе. Не гулом боли и не оглушительным ревом. Это была тихая, глубокая, пронизывающая тоска.

Я сделала шаг вперед, сбросила с плеч грубый плащ и опустилась на колени у самого ключа. Ладони сами потянулись к земле. Я закрыла глаза и отпустила щупальца своего дара, позволив им раствориться в этом месте.