Книга Огненная Орхидея, страница 1 – Наталья Чернышева

Это только кажется, что межрасовые союзы полны любви и взаимного понимания. На самом деле, второй — существо другого биологического вида. И в особенности другого, если он вырос в родной для него среде обитания, а уже потом, будучи взрослым, выбрал для проживания и профессионального роста одно из локальных пространств Человечества.

Его даже ругать не за что!

Хотя созданная им проблема легко затмила бы своим размером чёрную дыру в центре нашей Галактики.

— Это один из лучших специалистов в Федерации, — убежденно говорит этот невозможный тип. — У него очень плотный график! Переговоры проходили непросто. Но я, — и раздувается от гордости, — справился! Предварительная встреча назначена.

Щенок, гордо водрузивший лично им пойманную крысу на подушку посередине ночи. Хвали меня хозяйка, хвали.

Молчу.

Сама виновата.

— Непростые переговоры, значит, — киваю со значительным видом.

Зачем обижать…

— Очень непростые. Но ведь тем ценнее результат!

И сияет, как начищенная медная пластинка. Что ты ещё ему скажешь…

Когда-то давно Рамсув выручил меня из очень неприятной истории. Он единственный на тот момент поверил мне. И добился справедливости. С тех пор мы вместе. Брак по-гентбарски, малинисвельв, не имеет ничего общего с тем, что вкладывают в понятие брака представители Человечества. Десять двенадцатых гентбарского общества — бесполые в нашем понимании особи. Размножением занимаются крылатые, а бескрылые специализированы примерно как в пчелином улье, только сложнее: каждый индивидуум обладает полной свободой воли. И любой нормальный гентбарский дом строится на любви. Нам сложно представить, как их свахи подбирают молодожёнов по всем двенадцати векторам. На мой взгляд, задача выглядит невыполнимой в принципе. Но раса до сих пор не вымерла, даже наоборот, ведёт активную космическую экспансию. Значит, как-то справляются.

Рамсув — кисмирув, то есть бескрылый. Его любовь сложно назвать платонической: в полном соответствии со своим биологическим предназначением он делает всё для того, чтобы моя жизнь расцветала розами. На днях я обмолвилась, что проект пошёл немного не туда и надо бы найти хорошего врача-паранормала, пока не поздно. И, пожалуйста, Рамсув нашёл. Не просто хорошего, а наилучшего! Научных регалий, наград и открытий — на три экрана мелким списком, не меньше.

И ведь не просто так нашёл, а — согласовал встречу, учитывая оба наших графика, забитых до скончания мира.

Теперь я смотрела в органайзер на голографическом экране своего терминала, в полном отчаянии осознавая, как тесна наша Галактика.

Красив, зараза. Блестящ по-прежнему. Всегда был таким. Эти его волосы волной, острый взгляд, ослепительная улыбка, сияющий знак первой категории на воротничке медицинской униформы…

А я помню, как кричала, что никогда в жизни больше не обращусь к нему ни за что, проще сразу в кварковую пыль дезинтегрироваться. Потому что наглый, упрямый, невыносимый, мерзкий и ещё сто сорок эпитетов на двадцати языках Федерации… Он тогда холодно бросил мне через плечо: Взаимно. Никаких общих дел!

Рамсуву простительно, всё это было до него, и подробностей я ему не рассказывала. Вообще ничего не рассказывала, если на то пошло.

Но ты-то почему сейчас согласился на личную встречу, Итан-нееш Малькунпор?