Книга Огненная Орхидея, страница 2 – Наталья Чернышева

* * *

В нижнем холле — огромное панорамное окно, длинным полукругом. Оно дополнительно защищено силовым полем, что очень кстати, ведь домашняя метеостанция показывает минус пятьдесят два градуса по Цельсию за бортом. Да, наша планета консервативна до жути, упорно использует в быту устаревшие единицы измерения! Иногда это доставляет проблемы, порой довольно серьёзные. Но народ готов терпеть.

Солнце светит сквозь морозную дымку. И по бокам от него — бледно-оранжевые дуги гало или так называемой зимней радуги. Что там у нас по погодной карте? Ага, усиление ветра (зачем?), понижение температуры (куда уже ниже!), метель (опять)…

Вдоль окна тянулась длинная сплошная «умная» грядка, заполненная древесной корой. В ней расположились так называемые «горячие» орхидеи, удивительно красивые цветы с активной пирокинетической паранормой в геноме. Первое растение, на котором удалось получить устойчивое пламя. Два раза в сутки цветок, утром и вечером, цветонос окутывается прозрачным пламенем и пылает не меньше четырёх или даже пяти минут. Потом пламя сходит — безо всяких последствий для растения. Но если поставишь горшок слишком близко к чему-нибудь легко воспламеняемому, будешь сам виноват. И не жалуйся, тебя предупреждали!

Помню, как я восхитилась, когда впервые увидела необычный цветок, а потом, после секвенирования его генома, крепко задумалась.

Да, я оформляла договор, согласно которому обязалась не разводить растения на продажу и не допускать межсортовое скрещивание. Профессия у меня слишком уж подозрительная с точки зрения команды орхидейного питомника. Впрочем, они такой договор вменяют всем, и можно понять, почему.

Гибриды с паранормальным довеском — суперустойчивые, как показала жизнь. Им только дай размножаться бесконтрольно, через бестолковое клонирование от любителей в том числе. Заполонят всю планету. Будет как с «горячей» малиной — на редкость живучий куст! Для укрепления оврагов он ещё годится, но по всем улицам безо всякого стеснения — перебор. И не выведешь его уже при всём желании.

Так вот, я поразилась тому изяществу, с каким в геном обычной орхидеи был вшит паранормальный комплекс. Я познакомилась с создателем цветка, Маргаритой Стеллан, и мы долго с удовольствием беседовали, с чего и началась наша дружба. Все цветы в моём доме — из её питомника.

Мне вспомнилось, как я осознала наконец причину своих неудач. Геном человека отличается от генома растения, факторов больше, проблем больше, всё так. Но разговоры с Маргаритой дали мне много и помогли сформулировать нужные решения. Я так и назвала проект потом, «Огненная Орхидея». Из благодарности и признательности.

А Итан Малькунпор тогда зарубил трёхлетнюю работу на корню.

Я выполнила все его рекомендации, учла все замечания, переработала идею на две трети, — не помогло. Он мне выкатил новые претензии, экранов так на двадцать. «Я паранормал, я так вижу». И утрись.

Я выдыхаю, старательно беру себя в руки. Малькунпор вызывал у меня слишком живые эмоции даже и до сих пор. Что я скажу ему при личной встрече?

А она состоится уже через восемь дней. Итан, оказывается, прилетел на Старую Терру, давать нашим целителям мастер-классы от Института паранормальной медицины Номон-Центра. Почти каждый год здесь появляется, можете себе представить? Где локальное пространство Номона, а где наша старушка Земля, карту посмотрите. Шесть дней полёта в один конец, и то в лучшем случае, обычно выходят все десять. Сам прыжок через гейт пересадочной станции мгновенен, но манёвры в пространстве — и очереди на вход! — требуют времени, а до Номона от нас — девять пересадок, причём не через самые свободные станции, так-то.