Книга Ведьма и Повелитель волков, страница 117 – Диана Кедровская

Жар-птица окружила огнем всю комнату по периметру, чтобы через двери и через окна никто не смог прорваться. Здесь остались только мы с Яном, Карна и пять стражников, которые ее защищали. Стражников Птица обезвредила, взяв каждого в небольшой круг огня.

После этого огонь вокруг нас с Яном исчез, и мы оказались один на один с Карной.

Пока мы ехали в санях, Ян придумал для меня пару фраз и заставил их выучить. Я затормозила, вспоминая, что же первым делом должна сказать.

— Все конечно, Карна, — припомнила я, стараясь звучать грозно. — Ты получила власть незаконным способом. Освободи трон, и мы с этим покончим.

— Ты! — воскликнула Карна. Она уже не выглядела так, словно у нее все схвачено. Ее глаза в ужасе бегали туда-сюда. Она тряслась и судорожно придумывала, как можно себя защитить. — Ты та девчонка, которая освободила Волчьего Пастыря. Притворилась невинной овечкой, а на самом деле! А сейчас как смеешь дерзить своей Царице? Что ж, вы сами пришли сюда, чтобы получить наказание. Жар-птица, сожги этих преступников!

Карна махнула подвеской в нашу сторону и посмотрела на Жар-птицу.

Птица сидела на полу, сложив крылья, и ничего не делала.

— Она тебе больше не подчиняется, — отрезала я. Ян говорил, что именно мне придется вести диалог с Карной, поэтому ничего не оставалось, как напустить на себя побольше важности. — Перо, которое ты у нее похитила, больше не действует.

— Жар-птица! — закричала Карна. — Ленивая курица. Убей Волчьего Пастыря и эту ведьму! Я приказала тебе сжечь его заживо, а ты притащила его сюда. Искорени все это зло и магическую скверну!

— Я вижу тут только одну скверну, — сказала Птица, скучающе глянув на Карну. — И курицу тоже.

— Ты называешь людей с магией злом и скверной? — спросила я, горько усмехнувшись. Я думала, что мне будет трудно с ней говорить, но эмоции так клокотали, что слова полились сами собой. — Ты не принимаешь их даже за людей. Думаешь, ты высшее существо. Считаешь, что у тебя есть право делить людей на категории и определять, кто заслуживает жизни, а кто нет. Но ты всего лишь человек. Не слишком ли ты мелкое существо, чтобы принимать такие решения и казнить, кого захочется? Что ты делала? Сжигала на кострах женщин, отрубала головы мужчинам. Убивала детей. Убила всю Царскую семью. Своего мужа-Царя, в конце концов. Сожгла целю страну Шэньян. Ты, обыкновенная женщина, таких женщин в Каменном Царстве полно, и ты ничем на их фоне не выделяешься.

— Я Царица! — воскликнула она.

— Ты Царица только потому, что женилась на Царе.

— Я из знатного рода!

— Женщин из знатных родов в Каменном Царстве тоже много. Любая из них могла стать Царицей.

— Что вы понимаете? — Карна скривила лицо, будто мы были совершенно тупыми и не могли уловить какой-то сакральный смысл. — Во всяком случае, только я смогла взять на себя такую тяжелую роль. Только я поняла, что этот мир устроен неправильно. Все, кого я отправляла на казнь, заслужили своей кончины. Это зерно зла и гнили. Оно распространяется и должно быть уничтожено, чтобы не приносило вред нормальным людям.

— Если бы у всех людей оказалось такое зерно, ты бы их всех уничтожила?

— Абсолютно всех!

— Тогда бы в мире не осталось больше людей.

— Пусть людей останется мало, зато это будут только лучшие люди. А все, в ком есть гнилое потустороннее зерно, должны умереть. Они заслужили свой конец! — От Карны так и шел яд. Находится рядом с ней было физически неприятно.