Книга Тайна призрачного доспеха, страница 127 – Елизавета Берестова

Дарко шел вверх. У него оставалось ещё одно дельце в кабинете, которое очень желательно было бы провернуть до того, как коррехидор объявится здесь завтра. Приведёт он с собой бригаду строителей или нет, кто знает? С этого станется! Высокородный невежда думает, что ему нужны какие-то документы, но он ошибается. «И преотлично, что ошибается, — злорадно подумал Дарко, — продолжайте в том же духе, господин граф. Пока вы шагаете по этой дорожке, я могу спать спокойно». Дарко лукавил, конечно, ни о каком спокойном сне речи не шло, просто таким образом он немного успокаивал себя. Из головы не выходила та самая вещь, которая осталась в кабинете, и которую было бы хорошо заменить до завтрашнего вторжения Королевской службы дневной безопасности и ночного покоя. Дверь из кабинета в тайный ход — хиленькая. Запор — чисто символический, хороший удар плечом, и готово дело. Дверь ставил он сам. Жаль не додумался на всякий случай поменять дверь и внизу, в усыпальнице Масы. Но, делать нечего. Начал, доводи дело до конца. Всё одно, младшенький Окку увидит разломанную штукатурку. Пускай прибавится к ней ещё и высаженная дверь за нишей с доспехом предка. Как говорится, семь бед — один ответ.

«Хорошо ты мне послужил, господин Маса Донгури, — подумал Дарко, налегая плечом на дверь в нише, — только не до конца. Не доработал, не справился. А мог бы».

Он подтолкнул механизм, поворачивающий нишу. Ковёр, маскировавший старинный поворотный механизм, поначалу мешал движению, но сдался, сминаясь. Дарко шагнул в кабинет.

Теперь главное не поворачивать механизм назад и не закрывать за собой дверь. Взять нагамаки, спуститься в гробницу, положить её на место, а сюда вернуть тот меч, что лежит в гробу самурая.

Руки почему-то предательски дрожали, свет фонаря метался из стороны в сторону, выхватывая из темноты то стенды с оружием, то отцовский письменный стол и перепачканную кровью кожу спинки кресла. Смотреть туда было неприятно и жутко. В ушах Дарко отчётливо прозвучал отвратительный звук, с каким лезвие катаны вошло в отцовскую шею и предсмертный хрип. А перед глазами встало лицо, искажённое гримасой боли и удивления. Дарко сглотнул, словно его снова замутило от запаха крови. Пересилив себя, он оторвал взгляд от стола и повернулся к доспеху. Ниша отъехала вбок и повернулась так, что рука доспеха с нагамаки оказалась практически прислонённой к стене. Дарко потянулся за оружием, поставив фонарь на пол. Как на зло, вытащить нагамаки из такого положения оказалось сложно, его рука не пролезала.

— Отдай же мне его, самурай чёртов! — бормотал парень, пытаясь высвободить клинок из хватки латной перчатки, — вот ведь вцепился!

В следующее мгновенье его ослепил свет люстры, показавшийся необычайно ярким после света потайного фонаря.

— Браво! Великолепный выход, — раздался голос четвёртого сына Дубового клана. Он, закинув ногу на ногу, сидел в кресле для посетителей. — И реплики вам под стать.

Дарко дёрнулся.

— Не дурите, Донгури, — на него был наставлен револьвер, — опустите на пол катану и подтолкните ногой ко мне вместе со своим потерянным, но вновь счастливо обретённым пиджачком. После этого поднимите повыше руки и сделайте три шага в сторону. У меня нет с собой ни наручников, ни кандалов, но вот у мистрис Таками, — Вил кивнул в сторону чародейки, тоже что-то сжимавшей в кулаке, — всегда наготове заклинание рвотных спазмов.