Книга Проклятие пикси, страница 107 – Елизавета Берестова

— Выясним, — пообещал коррехидор, — непременно выясним.

Рика потянулась было за ореховым сердечком, но желудок ясно дал ей понять, что ни единого кусочка в него больше не влезет, и девушка ограничилась ледяной водой.

— Постарайтесь вспомнить, что ещё рассказывала о Мие госпожа Рокборн, — попросил коррехидор, — почти наверняка в потоке восторгов промелькнуло что-нибудь важное. Вот вы посчитали историю с неизвестным отцом выдумкой. Возможно. Иногда люди так и поступают, особенно, если росли в приюте, или желают скрыть неблаговидные факты о своём происхождении.

— Например, отец девушки был всемирно известным преступником, убийцей, насильником, закончившим свой жизненный путь в обществе королевского палача! – воскликнула чародейка, — это серьёзный повод придумать учёбу за границей и знатного неизвестного родителя. Но, к сожалению, если компаньонка носит фамилию матери, мы никогда об этом не узнаем.

— Узнать есть способ, — склонил голову Вил, — я могу послать запрос в Королевский архив. Если брак заключали в столице, мы узнаем фамилию и имя отца Мии Такеру. Но ведь история с незаконнорождённым ребёнком тоже со счетов сбрасывать не стоит. Вы знали, что глава клана имеет власть признать любого бастарда законнорождённым, если сочтёт, что это пойдёт на пользу клана?

Чародейка отрицательно покачала головой. Система наследования и признания законным рождения ребёнка в древесных кланах была ей абсолютно неизвестна. Да об этом особо и не распространялись.

— Поэтому, — продолжал коррехидор, — отнюдь не редкость, когда знатные мужчины содержат своих незаконнорождённых отпрысков, дают им образование, иногда даже признают. А когда и не признают официально, помогают устроиться в жизни или обеспечивают небольшим капиталом. Если отбросить романтические бредни о безумии на почве несчастной любви и учёбе на континенте, богатый отец – тоже вполне приемлемый вариант.

Эрика пошуршала записной книжкой.

— Рума. Госпожа Рокборн называла мать Мии Румой, Румой Такеру.

— Рума, — задумчиво повторил Вил, — скорее всего, это какое-то сокращение. Может быт она – Сару́ма, Нару́ма, Рума́лия, или ещё боги знают сколько есть в Артании женских имён, которые можно сократить подобным образом. Знаете что? – он прищурился, — давайте-ка завтра вместе махнём к этой вашей разговорчивой старушке. Порасспрашиваем о подозреваемой и её семье. Уверен, что-то интересненькое, да и всплывёт.

С этими словами он выложил на стол несколько купюр и придавил их чашкой. Рика с сожалением посмотрела на кучу недоеденных сладостей, вздохнула и пошла следом.

— Господин граф остались довольны обслуживанием и качеством угощения? — в низком поклоне спросила официантка, приносившая им заказ.

— Целиком и полностью, — ответил Вил, — мы бы высоко оценили, если бы замечательные сладости, что остались, к нашему великому сожалению, не съеденными, были упакованы и доставлены по адресу…, — он вопросительно взглянул на чародейку.

Та опустила от смущения глаза и назвала улицу и номер дома.

— Вилли, — услышала она женский голос, — негодник, где вы пропадаете в последнее время?

— Добрый вечер, госпожа Аке́ри, — чуть наклонил голову коррехидор, останавливаясь у столика, где коротали время две модно одетые дамы в соболях, похожие как родные сёстры, и мужчина, разменявший пятый десяток, — служба Кленовой короне отнимает все мои силы и занимает всё моё время.