Книга Проклятие пикси, страница 62 – Елизавета Берестова

— Не думаю, — ответила чародейка, — производители замков снабжают свой товар антивзломным заклятием. Теоретически его взломать можно, но на это уйдёт много времени и непременно останутся следы ритуала.

— Да, — подтвердил Вил, — в наше время грабители предпочитают грубую силу: просто вламываются в дом — и дело с концом.

— Но я на всякий случай проверю, — пообещала чародейка, — хотя и уверена, что грабителя можно исключить.

— Почему? — графиня цеплялась за версию взлома, поскольку ей была невыносима мысль, что кухарку убил кто-то из своих.

— Полностью согласен с мистрис Таками, — коррехидор поддержал Эрику, — ведь даже если посторонние знали о ценностях в кабинете, знать о ключе с хвостом ящерицы могли только свои.

— Ценности? — воскликнула леди Элеонор, — да откуда там взяться ценностям! Пара пейзажей едва ли потянут на тысячу артов, чернильный прибор, хоть и дорогой, но мраморная подставка треснула лет двадцать назад. Остаются книги, но моя фантазия отказывается представить грабителя, совершающего убийство ради старых пыльных книг. У нас на первом этаже полно столового серебра, мои драгоценности в сейфе в этой комнате. Зачем кто-то отправился в кабинет — не понятно.

— Как вы считаете, — спросила она, с тревогой глядя на Вилохэда, — меня тоже убьют?

— Уверен, что нет, — успокоил её коррехидор, — он понимал, что опасность для леди Элеонор есть, но не знал, насколько эта опасность серьёзная. Поэтому он пока не волновать её зря, — мой долг коррехидора Кленфилда и четвёртого сына Дубового клана сделать всё, чтобы защитить вас. И Служба дневной безопасности и ночного покоя это сделает.

— Полагаюсь на вас, Вилли, верю и благодарю. Но, — графиня задумалась, — скажите, на бедняжке Сэре была шаль.

Две пары глаз: карие, цвета спелых желудей, и голубые безмятежной голубизной обратились на чародейку.

— Могу с уверенностью сказать, что нет, — заявила Рика, — когда я осматривала покойницу, на ней была только фланелевая рубашка в мелкий цветочек. Ни шали, ни обуви на ней не было.

— Шаль должна была быть, — уверенно заявила леди Элеонор, — она вчерашним вечером куталась в неё. Не думаю, что она могла покинуть спальню без шали или тапочек.

— Какую именно шаль носила госпожа Монси? — она сегодня за весь день не увидела ни единой шали, как надетых на кого-то, так и валяющихся сами по себе.

— Шаль, вернееэшвильскаяшаль, — с нотками гордости заявила госпожа Сакэда, — особая шерсть тонкорунных коз, смешанная с кроличьим пухом. Я сама выбирала её к Сэриному юбилею. У Картленов отливный выбор.

— Какого цвета вы приобрели шаль для госпожи Монси?

— Благородный серебристо-серый, — незаметно смахнув слезинку, ответила бывшая придворная дама, — Сэре пятьдесят сравнялось. Я решила ей запоминающийся подарок сделать. Эшвильские шали делают серыми и белыми. Белые, как говорят, больше молодым подходят. Вот и остановила свой выбор на серой.

— Хорошо, — сказал Вилохэд, вставая, — нам нужно осмотреть кабинет вашего покойного мужа. Вы разрешите нам сделать это?

— Естественно, вы в праве распоряжаться в моём доме по своему усмотрению. Ключ от кабинета найдёте на общей связке. К нему ещё высушенный хвостик зелёной ящерицы прицеплен.

На кухне горничная Хана пила чай. При виде представителей Службы дневной безопасности и ночного покоя она дёрнулась, чтобы вскочить, но осталась на месте, отхлебнула большой глоток, поперхнулась, закашлялась.