Книга Развода не будет! Мандаринка для генерала, страница 35 – Злата Загорская

— Расти большим, — прошептал он. Тихо, так, что я едва расслышала. — Ей это нужно. Ей нужно чудо.

У меня перехватило дыхание. Он... он переживал за меня? За мою игрушку? Я кашлянула, обозначая присутствие. Адриан вздрогнул и резко обернулся, загораживая собой дерево, словно его застали за чем-то постыдным.

— Не спится? — спросила я, входя в круг света.

— Ветер, — буркнул он. — Шумно. Решил проверить температуру. Вдруг замерзнет твое растение.

Я подошла к нему.

— Здесь тепло, Адриан. Я слежу.

— Я вижу.

Он посмотрел на меня. В полумраке, при свете свечи, его лицо казалось моложе и мягче.

— Знаешь, Элеонора... Я сегодня впервые за год почувствовал, что у меня есть дом.

Между нами проскочила искра. Напряжение, висевшее весь вечер, сгустилось. Он потянулся ко мне, и я, честно говоря, не хотела отступать. Но в этот момент где-то в глубине оранжереи, за навозной кучей, что-то с грохотом рухнуло. Мы оба отпрыгнули друг от друга, как подростки.

— Что это? — рука Адриана метнулась к поясу (где обычно была шпага, но сейчас её не было).

— Кот! — выпалила я. — Местный кот! Охотится на мышей!

На самом деле это, скорее всего, Бертс уронил ведро, проверяя печь, но генералу знать об этом не стоило.

Адриан рассмеялся.

— Кот... Ну что ж. Пойдем спать, пока этот зверь не разнес тут всё.

Утром он уехал. Метель стихла. На прощание он поцеловал мне руку.

— Я пришлю Штольца с провизией, — сказал он, садясь в сани. — И угля. И я приеду еще. Скоро.

Сани скрылись за поворотом. Я стояла на крыльце, чувствуя странную пустоту.

— Ну что, дорогая, — прошептала я. — Кажется, ты влипла. Ты не просто врешь мужу. Ты начинаешь ему нравиться. А он тебе.

Бертс вышел из-за угла, вытирая пот со лба.

— Уехал? Фух... Чуть не попался я там, с ведром этим... Ну что, барыня? Прошли проверку?

— Да, Бертс. Продолжаем работаем. У нас меньше месяца до ярмарки. Но теперь у нас есть уголь от армии. Мандарин должен зацвести.

После отъезда генерала в Стылом Доле воцарилась тишина. Но это была не мертвая тишина заброшенного дома, а деловое затишье перед бурей.

Я сидела за столом в кабинете мужа (теперь я оккупировала его на правах полноправной хозяйки). Передо мной лежал лист плотной гербовой бумаги, который Бертс добыл у старосты за три луковицы.

— "Заявка на участие в Императорской Ярмарке Зимнее Чудо", — прочитала я вслух.

Я начала заполнять, стараясь выводить буквы четко.

«Имя участника: Графиня Элеонора Де Валлен».

«Название экспоната: "Солнце Севера"».

«Краткое описание: Живое цитрусовое дерево в фазе плодоношения».

Я занесла перо над графой «Особые условия транспортировки».

— Так, — пробормотала я. — Нужен крытый возок с подогревом. Это мы организуем. Главное, чтобы заявку приняли.

Внизу, в графе «Цель участия», я на секунду задумалась. Написать правду? «Погашение долгов мужа»? Нет, не поймут. Я вывела каллиграфическим почерком:

«Демонстрация величия Империи и победы человеческого духа над стихией».

Звучало пафосно. Чиновники такое любят.

— Готово, — я посыпала чернила песком. — Бертс!

Конюх появился в дверях, жуя травинку, видимо, одолжил у Звездочки.

— Тута я, барыня.

— Забирай. Это наш билет в новую жизнь. Отвезешь старосте, пусть отправит с почтовой каретой в Айсберг. И смотри, не потеряй! Если эта бумажка пропадет, я тебя самого на ярмарке выставлю.