Книга Развода не будет! Мандаринка для генерала, страница 32 – Злата Загорская

— Была такая мысль. Но, судя по расчищенным дорожкам, ты нашла способ использовать слуг в мирных целях. Или сама взялась за лопату?

— Скука страшная вещь, мой генерал. Приходится развлекаться физическим трудом. Прошу в дом. Обед подан.

Обед напоминал дуэль на вилках. Адриан ел с аппетитом - армейская жизнь не балует изысками, а Матильда снова превзошла саму себя. Но он не расслаблялся ни на секунду.

— Говядина, — заметил он, отрезая кусок мяса. — Отличная вырезка. И вино не самое дешевое. — Он поднял бокал, разглядывая меня сквозь рубиновую жидкость. — Я не присылал тебе средств, Элеонора. Я знаю состояние своих счетов, и оно, благодаря твоим прошлым... увлечениям, плачевно. Откуда этот пир во время чумы? Ты ограбила проезжего купца?

Я сделала глоток воды, сохраняя невозмутимость.

— Почти. Я ограбила свой гардероб.

— Прости?

— Я продала платья, Адриан. Те самые, с кринолинами, перьями и вышивкой. Местному лавочнику они показались верхом столичного шика.

Генерал замер с бокалом у губ. В его глазах мелькнуло недоверие.

— Ты продала свои наряды? Ты? Женщина, которая устраивала истерику из-за пятна на шелке?

— Люди меняются, когда хотят есть. Я решила, что быть сытой и в тепле мне нравится больше, чем быть красивой и мертвой. К тому же... — я чуть улыбнулась, — вы всегда говорили, что эти платья мне не идут. Считайте, я прислушалась к вашему вкусу.

Он медленно поставил бокал на стол.

— Я впечатлен. Честно. Не думал, что в тебе есть этот прагматизм.

— Это не прагматизм, Адриан. Это инстинкт выживания.

— Что ж, — мужчина вытер губы салфеткой и встал. — Инстинкты это хорошо. А теперь покажи мне дом. Давно я тут не был.

Пришлось устроить экскурсию. Поход к оранжерее был самым сложным этапом. Я шла впереди, чувствуя спиной его тяжелый взгляд.

— Только предупреждаю, — бросила я через плечо, берясь за ручку двери. — Там специфический запах. Мои медицинские эксперименты.

— Ты увлеклась медициной? — в его голосе сквозила ирония. — Раньше твоим пределом была нюхательная соль.

— Мигрени, Адриан. Здешний климат требует радикальных мер.

Я распахнула дверь. На нас пахнуло густым, влажным теплом. Смесь была гремучая: сладкая, удушливая лаванда, едкий табак и тонкая нотка хвои. Навозный дух был надежно спрятан под этим коктейлем, но воздух все равно был тяжелым.

Генерал вошел и остановился. Он оглядел белые стены, сверкающую мозаику из битого зеркала и странный шатер из марли посреди зала.

— Любопытно, — протянул мужчина. — Выглядит как святилище какого-то лесного культа. Зеркала, белый цвет... И этот запах. Элеонора, если бы я не знал тебя, я бы решил, что ты варишь здесь приворотное зелье. Или яды.

Он подошел к зеркальной стене, провел пальцем по раме.

— Битое стекло?

— Осколки прошлой жизни, — парировала я. — Решила пустить их в дело. Света мало, приходится ловить каждый луч.

— Умно. Очень умно. А это? — он кивнул на вигвам. — Твоя жертва богам?

— Мой подопечный, — я подошла к марлевому кокону. — Мандариновое дерево. Я нашла его почти мертвым. Пытаюсь реанимировать. Ему нужна влажность и тепло, поэтому... вот.

Генерал подошел ближе. Он встал рядом со мной, слишком близко. Я чувствовала тепло его тела. Он принюхался.

— Табак?

— Помогает от тли, — коротко объяснила я. — Табачная пыль. Старый метод.