Книга Три Ножа и Проклятый Зверь, страница 104 – Екатерина Ферез

— Госпожа Юри, — прошелестел откуда-то издалека голос, — Госпожа Юри, слава Первопредку, вы пришли в себя. Хотите пить? Дать вам воды?

Тогда она поняла, что действительно нестерпимо хочет пить. Пересохший язык еле ворочался. Промычала что-то нечленораздельное, слипшееся. К счастью, незнакомец все понял без слов и поднес к ее губам флягу. Юри пила жадно, не ощущая вкуса, до тех пор, пока фляга не опустела.

— Рем… где?

Голос звучал как чужой.

— Тотто Ремуш тут рядом, он сейчас с госпожой Радой… Я позову его! Только сперва я должен кое-что сказать вам… Простите меня! Госпожа Юри, я виноват перед вами! Клянусь Первопредком, я сделаю все, чтобы искупить… чтобы заслужить ваше прощение! Я пока не понял как, но я клянусь…Теперь, когда у меня есть силы, я обещаю, что такое никогда…

Юри прищурилась, стараясь разглядеть того, кто говорит с ней. Она не понимала, о чем он толкует, да и не хотела понимать.

— Я клянусь, я сделаю все, что потребуется! — продолжал незнакомец, — И вот, послушайте, вы должны знать, что Миза… Миза раскаивается! Она сказала мне, где искать вас. У красных камней, да! Вы, наверное, думаете, что она поступила так из коварства? От того, что у нее гнилое сердце? Да, вы так думаете, я знаю, и он так думает. Он обещал мне, что убьет ее, как только увидит. А я не буду его останавливать. И не потому что мне такое не по силам. Я знаю, что не по силам. Но я попытался бы, если бы она не заслужила. Но она же заслужила! Она виновата, хоть и не со зла, не потому что она злая. Но сам я не смогу… Все-таки она сестра мне.

Юри догадалась, наконец, кто перед ней и вместе с тем на нее нахлынули воспоминания о случившемся. Свинцовая тяжесть сдавила грудь.

— Церна… — прошептала она, — Где Церна?

— Что? Церна? О ком вы говорите?

Арри наклонился к ней, и она разглядела его лицо — большие распахнутые глаза, волосы, растрепанные ветром, бледные тонкие губы и острый подбородок, точно такой же как у сестры. Юри собрала все силы, что смогла и закричала:

— Рем!

— Сейчас, сейчас я позову его, — сказал Арри и вскочил на ноги.

Юри огляделась вокруг — пляшущее на ветру пламя огромного костра озаряло берег. Быстрые волны хлестали серые камни. Она лежала, укутанная в меховое одеяло, как в кокон. Чуть приподнявшись на локтях, увидела Рема — черный силуэт на фоне огня. Рядом с ним тонкая фигура с двумя маленькими рожками волос на голове — Рада. Бабуля что-то кричала, угрожающе вскидывала руки. И вдруг обняла внука, так неожиданно, что он слегка попятился. Но через мгновение обнял ее в ответ. Юри увидела, как Арри замер, не решаясь помешать им. «Прощаются», — подумала Юри, — «Скоро мы уплывем отсюда навсегда».

Рем сел рядом с ней камни.

— Как ты, Коротышка? — спросил он, щупая ей лоб и щеки, — Ты горячая… Рада, что с ней? Так должно быть? Почему она такая горячая?

Бабуля тоже пощупала ей лоб и сказала, хмурясь:

— У нее лихорадка. Это плохо, очень плохо… Лучше тебе оставить ее со мной. Я позабочусь о ней, как следует.

— Нет! — воскликнула Юри.

Ее сердце сжалось от ужаса при мысли, что Рем сядет на корабль без нее.

— Нет, я ее не оставлю, — сказал Рем.

— Хоть бы раз подумал о ком-то кроме себя! — пробурчала Рада, — Погубишь девочку, посмотри, что уже с ней стало!

— Нет, нет, нет, — взмолилась Юри, — Не оставляй меня, пожалуйста.