Онлайн книга «Три Ножа и Проклятый Зверь»
|
— Да, ни о Роштане, ни о царях Димгошах, ни о триединых богах, — сказал Рем и встал рядом с ней. — Послушай, а что насчет героя Като? — спросила Юри, — И всей истории о Проклятом звере? Если это на самом деле царь Ирра, так он ведь герой и спаситель торров. Ему повсюду ставили памятники. Почему вдруг он стал Проклятым зверем? Почему торры не помнят о его славных подвигах? — Представь себе, на самом деле торры не так уж много знают о собственном прошлом. Они понятия не имеют, что такое Лабиринт. Не умеют больше строить каменные купола и вырезать статуи из цельного мрамора. Они почти ничего не записывают, а большую часть хранящихся в библиотеке пергаментов уже не могут прочесть. Иной раз мне кажется, что нынешние торры — это какие-то дикари, поселившиеся на развалинах древнего мира, оставленного его подлинными хозяевами. Или, быть может, всех торров разом поразил какой-то недуг, как случается теми несчастными стариками, которые не могут вспомнить лица своих детей и собственное имя? Они забыли подвиг царя Ирры, да и его самого забыли. Разрушили памятники… Может быть, стремились забыть? Герой Като, великий герой и первый Повелитель торров убил Проклятого зверя, так они теперь рассказывают. Или это был мятежник и предатель, обративший оружие против своего царя? Вряд ли мы узнаем правду об этом. * * * За деревьями пламенел диск заходящего солнца. Розоватый отблеск его косых лучей лежал на колоннах разрушенных галерей. Рем стоял, сцепив за спиной руки и прислушиваясь к чему-то скрытому в темнеющем лесу. Юри, смотрела на его неестественно длинную странную тень, лежащую на промерзлой земле. Снова и снова мысли возвращались к пережитому в пещерах Храма. Как будто под действием каких-то парализующий волю чар, она все глубже погружалась в гнетущие воспоминания о собственной беспомощности и отчаянии. На миг вновь стали отвратительно реальными холодный потусторонний свет люмисов, сухой мертвенный воздух подземелья, ловушка бесконечной путаницы каменных туннелей, древнее чудовище, таящееся где-то в глубине. — Церна охотится, — сказал Рем, — Нам придется подождать некоторое время. Я разведу костер. Холодно. — Рем, не ходи туда… — сказала Юри, чувствуя, что у нее перехватывает дыхание, — Прошу тебя, не ходи туда. Я боюсь, что ты не сможешь выбраться, что ты там погибнешь… Он ничего не ответил. Юри села на вросший в землю обломок мрамора, бывший когда-то частью базилики, и наблюдала, как Рем сооружает костер из сухих веток и нескольких факелов. Он действовал неловко, видно было, что опыта у него в таких делах маловато, но она не стала вмешиваться. Наконец, затрещали в пламени ветки и синеватый дымок заструился в воздухе. Рем сел рядом с ней и протянул круглую серебряную флягу. Юри отказалась, мотнув головой. Он сделал несколько больших глотков, и по облаку из ароматов ванили и табака сразу стало ясно, что это то самое сладкое, крепкое, густое вино, которое Рада хранила под замком. — Юри, я должен пойти туда… На то есть причины, — сказал Рем, глядя на огонь. — Нет, не должен. — Хорошо, не должен. Я хочу пойти туда. — Хочешь? Но почему? — Помнишь, я рассказал тебе, как пытался убить себя и Церну? — Конечно помню… — Да… В то время я был болен, мой разум был поврежден, думаю… |