Книга Королевская ссылка, или Лорд на побегушках, страница 34 – Александра Логинова

Я не психоаналитик, но могу предположить, откуда растут ноги стремления изменять законному супругу, испытывая в глубине души мрачное удовлетворение от наставленных рогов.

Глаза непроизвольно закрылись, утомленные дневным светом. Может быть, день рождения самой Авроры? Девочке едва исполнилось двадцать, только-только перестала расти грудь и выпали подростковые комплексы. Нет, опять промазала. День рождения короля? Нет. День рождения бабушки, тети, любимого певца?

Нет, нет и нет. А любимый певец и вовсе разочаровал Ее величество шесть лет назад, появившись в свете с новой мадемуазель под ручку. Партия оперного тенора и любительского альта была хороша, но разбила сердце всем юным леди, пускающим слюни на молодого красавца из дворянской консерватории.

Может, это историческое событие?… Резолюция о главенстве шелка над сатином, день коронации или свадьбы? Четыре цифры — не обязательно появление на свет живого человека… И я могу… Хр-р-р…

— Леди Макмиллан, катастрофа! — оглушающий стук в дверь вывел меня из транса. — Госпожа, пертубация!

— Айвар таки сделал предложение Клире и открыл в себе талант певца? — стукнулось спросонья самое страшное предположение.

— Нет, — подавился воздухом Густав, перестав барабанить в дверь. — Певческих талантов у него нет.

— А-а-а, — зевнула я, опуская голову обратно на кушетку. — Она хоть согласилась?

— Она… Леди Макмиллан, какие глупости! Я вовсе не это пришел сказать. Все куда хуже!

Куда уж хуже… Если даже Клира отказала гусару, которому служить еще тринадцать лет, то по окончании службы паренек вознесется на целомудренный Олимп и осветит нимбом грешную землю. А если согласилась? Тогда есть шанс, что он заберет бабку с собой к вечеру, как походную жену, а мне придется выделять ей приданое: вязанку дров, кусок сала и штоф водки, как самую большую северную ценность. Муку не дам, мне из нее обещали… О господи!

— Вы слопали мои пельмени?! — я подскочила, как ошпаренная, выныривая из дремы.

Солнце начало клониться к закату. Из «голого» окна было видно розоватое небо, обрамленное золотистыми облаками и голубыми островками. Значит, гусарский обоз уже приготовился отправляться обратно, и я останусь здесь одна. Ну точно, слопали мою порцию и собрались сбежать, пока я растерялась от огорчения.

— Нет, миледи, ваш ужин еще варится на плите, — нетерпеливо доложил секретарь.

— Тогда на кой ляд меня разбудили? — сон испарился от выброса адреналина, а потому руки сами потянулись протереть глаза.

— Дети приехали.

— Как приехали? — я растерянно заметалась по комнате, да так, что валенок выпал из ослабевших пальцев. Чертыхнувшись, подняла и снова натянула на ногу. — Они же должны прибыть только через несколько дней.

Густав благоразумно не торопил меня, давая растерянной даме собраться с мыслями и отфильтровать их до разумной вежливости. С непривычки путаясь в юбках и ловя съехавшую шубу, я кое-как поднялась с кушетки и глянула на себя в грязное зеркало трюмо. Мама дорогая! Куратор будет уволена досрочно в связи с недопустимой степенью помятости физиономии.

На столе остался стоять недопитый бокал с коварным шампанским и незапечатанное письмо. Отныне бессмысленное письмо! Как вышло, что дети догнали свою попечительницу еще до того, как Аврора подписала акт приемки должности? Неужели король решил перестраховаться и загнать супругу в угол, не оставив ей и шанса сбежать? Возможно, Его величество опасался, что миловидная девочка с шаткими моральными устоями соблазнит кого-то из охраны и покинет Катхем с гусарским отрядом. Тогда он просчитался дважды: леди Макмиллан уже сбежала, а я… Разве меня остановят чужие дети, стоящие на пути возвращения домой? Не смешите. Разверну караван обратно, и дело с концом, Густав подстрахует.