Книга Королевская ссылка, или Лорд на побегушках, страница 33 – Александра Логинова

— А в ней что-то есть, — обалдело выдохнул Айвар, едва старуха обессилила. — Вы, часом, не вдова нашего покойного поручика?

— Стыд поручика не заметить сложно, — резонно возразил штабс-ротмистр. — И знала его не только безутешная супруга, но и половина оперного театра.

И пока красные от неловкости гусары обсуждали прелести актрис и балерин, я окончательно спустилась вниз, отыскала уцелевшую бутылку с шампанским и отправилась наверх лечить нервы. То есть, разумеется, выполнять функции и.о. королевы, описывая приключения нашего маленького отряда и личное мнение о государственном промахе.

«За сим откланиваюсь и убедительно прошу начать проверку по факту моего обращения. Леди Аврора Макмиллан».

Писать пером было неудобно, приноровилась только с третьего раза, после чего с удивлением отметила, что почерк не мой. Изящный, с завитушками и милыми вензелями на заглавных буквах, он определенно не походил на мою краткую и рубленую скоропись. Однако руки сами выводили строчки незнакомых букв, а потому решила не заморачиваться.

Через пару часов в спальне потеплело. День клонился к обеду, от насыщенных событий и бессонной ночи тело норовило прилечь на кушеточку, накрывшись сверху шубой. На кровать я посматривала с легкой брезгливостью: пыльный матрас и отсутствие постельного белья никого не воодушевят. Надо будет сказать Клире, чтобы занялась своими прямыми обязанностями и прекратила пить валерьянку залпом.

На ужин мне торжественно пообещали пельмени! Не буду скромничать, с моей же подачи. Я напомнила поварихе, что из муки и воды тоже получается отличное тесто, а дальше Ханна шустро сообразила, к чему я клоню. Но глобально проблему это не решило.

Нам срочно нужны продукты. И уголь. И ремонт стиральных котлов, в конце концов.

Но это все вторично. Сначала попытаюсь вскрыть блокнот, а если не выйдет — прилягу в транс и посмотрю кино чужой памяти. Чтобы выяснить код, нужно перебрать самые значимые четыре цифры в жизни владелицы. Будь мы в моем мире, я бы, не раздумывая, предположила, что это дата, а здесь… Хотя память подсказывает, что в Парелике годы записываются тоже в четыре цифры: первая — номер правящей династии, всего их сменилось три за историю королевства, а остальные — год, исчисляемый от первой цифры.

— Открывайся, зараза, — ногти бессильно царапнули обложку. — Срежу тебя болгаркой, и дело с концом! Пароль или жизнь?

Блокнот не поддавался. Пришлось прибегнуть к обоим вариантам: методично искать в памяти Авроры даты рождения родственников, прикладывая их к колесикам с цифрами.

Сто двадцать шестой от смены династии, день рождения прадедушки? Мимо. Прадедушка завещал наследнице маленький сливовый сад, но в конце жизни впал в маразм, сжег усадьбу и вместе с ней все плодовые деревья.

Сто семьдесят девятый, день рождения мамы? Тоже мимо. Мама не баловала дочурку, была несколько флегматичной особой, страстно мечтающей о чужой зеленой траве. Испытывая комплекс Афины, обожала мужчин и вечно поучала дочь дружить только с джентльменами, а леди открыто презирала за излишнее увлечение модой. Впрочем, своих увлечений тоже не имела, предпочитая жить интересами мужа, свято веря, что разделяет их всем сердцем.

Сто семьдесят четвертый, день рождения отца? Снова промах. Батюшка хоть и не обижал маленькую Аврору, но большой любви не испытывал, сделав ставку на своего бастарда. Да, у леди Авроры был постыдный секрет — сводный брат-ублюдок, преступно забравший внимание отца, несмотря на свое низкое происхождение. Матушка восприняла измену философски, боясь показывать характер и спровоцировать развод, что болезненно отразилось на дочери, вылившись в дуальность отношения: тяга к мужчинам как ориентиру, привитому матерью, вступила в диссонанс с обидой на отца и ненавистью к брату.