Книга Лечить нельзя помиловать, страница 5 – Александра Логинова

— Эрла, он дернул ногой, — слегка паникующе окликнул меня оборотень.

— Поражение периферической нервной системы, не беспокойтесь.

— Эрла, он моргнул!

— Не может быть, — я бросила мимолетный взгляд на лицо пациента и остолбенела.

Поддернутые мутной дымкой темно-серые глаза пытались поймать фокус. Ты как очнулся, зараза? Я в тебя морфина вбухала, как в коня.

Но калеке было восхитительно плевать. Собрав глаза в пьяную кучку, пациент судорожно дернул ноздрями и издал недоуменный звук. Святая Метродора, как так-то? Проклятые маги, всё у них не слава богу. Придется доставать кувалду и повторять наркоз не за страх, а за совесть. Ибо я не настолько беспринципна, чтобы резать человека на живую даже без региональной анестезии. А вторую порцию наркоза он наверняка выведет на самом «интересном» месте и умрет от болевого шока.

Жаль, у меня нет своего мага-анестезиолога, который поддерживает наркоз и следит за жизненными показателями в процессе операции получше монитора пациента.

— Капитан, вам нельзя двигаться! — чересчур эмоционально выкрикнул оборотень.

Волколак явно перенервничал при виде живого, но гниющего человека. Его прекрасно можно понять: одно дело глядеть на обезображенное, но безжизненное тело, другое — видеть, как человек разлагается заживо, и представлять весь спектр ощущений, невольно отождествляя себя с больным. Поэтому патологоанатомам работать легче, чем хирургам.

— Р-р… М-м-м… Не-е р-резать, — промычал пациент, чудом совладав с голосовыми связками.

Тьфу, дуралей! От титанического усилия серые глаза закатились, и безмозглое тело обмякло. Аж подзатыльник дать захотелось, снабдив его хорошей порцией мидазолама. Надавив ладонями на плечи и уложив сопротивляющегося пациента обратно на кушетку, я тяжело вздохнула. Если врач может — он сделает всё, чтобы сохранить запчасти каждой единицы населения. Но мы не всесильны.

— Так, я пошел, — внезапно пробормотал капитан, пытаясь завалиться на бок и скатиться с «операционного стола».

— Лежать.

Здесь вам не спальня, стоп-слово не предусмотрено. Отказа от госпитализации для военных тоже не существует, спасибо законам нового мира. Врачей здесь не только уважают, но и по-настоящему боятся: сегодня ты нагрубил доктору, а завтра он ехидно посмеется, глядя, как тебя корежит от кишечной палочки. Хотя от сумасбродных и подчас агрессивных горожан не спасает даже закон.

— Эрла, раз он пришел в себя, может, попробуем талантом?

— Это вам не за хлебом в магазин сходить, — процедила я, кладя пальцы на яремную вену.

Пульс сходил с ума, шумными толчками отдаваясь в ладонь. Сердце мага бешено качало кровь, пытаясь вывести не только яд, коим является морфин, но и самостоятельно побороть болезнь. Дело хорошее, но конечности не воскресит. И пока он бодрствует, усекать нельзя. У-у-уф, надеюсь, у капитана высокое жалование, и я поеду отдыхать на курорт.

— Повторю, для использования талантанужно добровольное и информированное согласие пациента. Ему потом свою часть сделки выполнять, выплачивая цену за исцеление. А эрл Клод сейчас как минимум в состоянии измененного сознания, поэтому неспособен принимать взвешенные решения.

— Я согласен! — распахнул глаза пациент.

— Тебя никто не спрашивает! — оборотни за дверью вздрогнули от лекарского рявка.