Книга Кощеев не убивать!, страница 76 – Александра Логинова

Служанки водрузили на стол поднос с жидкой кашей на воде, корешками, пареной репой и сытой — слабым медовым раствором. Крутанувшись на месте, кобра исчезла в желтой вспышке, поднявшись с пола девушкой.

— Позвольте сметать косу.

— Действуй, — я промокнула полотенцем тщательно вымытые волосы, берясь за ложку.

«Выйду из дома помолясь, у дверей перекрестясь. Из дверей в ворота, из ворот — в чисто поле. Во поле велик-камень лежит, на нем чаша стоит…». Сочтя пресную кашу достаточно благословленной, я мельком пригляделась к служанке. Девица среднего роста, с блеклым лицом кирпичом, отвернись — тут же забудешь, и русой тонкой косичкой. Даже имени не было — девка, и все.

— На кой мне имя? — она слабо удивилась, вдевая в мои волосы драгоценную нить и цветы. — Кличьте, когда потребно, я всегда рядом.

По устаревшим правилам, до самого рассвета колдунья обязана носить грубое домотканое платье, а лучше — рубище, будучи босой и простоволосой. Хорошо бы «родить дитятко» — сымитировать родовые муки, достав из-под подола соломенную куколку, и уложить ее в гробик, похоронив у проточной воды. Так Мара будет довольна, получив в свои объятия жертву от ведьмы, и позволит той колдовать в своих владениях. Человеческие колдуньи проводят ритуалы, чтобы беспрепятственно ворожить на кладбищах, а мне и коротенького обряда достаточно.

— Постели на полу, под простыню клади полынь и багульник.

— Как можно? — в бесцветном голосе служанки проскользнула оторопь. — В царских палатах да спать на полу?

— Делай, как велено. В изголовье положи свечной огарок, головешки из печи и чашку с дождевой водой. Найдешь воду?

Выйдя из своих покоев, я отправилась навстречу другу. Вуир мерил шагами крошечный балкон, дающий обзор на ковер из яшмы, — высоты и просторов под землей нет. Даже ночью в собственном дворце Сенька остался в белоснежной рубашке, закатав рукава до локтей и обнажив предплечья, покрытые золотой чешуей. Лицо друга было тревожным, сочась нервозностью.

— Спасибо, — первым делом он поблагодарил. — Закончила с обрядом?

— Угу. Веди.

Змеи — хитрые создания, не упускающие возможность попользовать других в хвост и гриву. Достоинством царевича, безусловно, является его искренняя ответная любезность и готовность прийти на помощь. Поэтому, если тебя недвусмысленно ведут мимо змеиного инкубатора, от которого за километр разит тишиной и замершей беременностью, надо идти.

Задержки выведения новых змеек привычны, чешуйчатые дети чутко реагируют на изменения климата и колебания силы. Обычно пресмыкающиеся высшие терпеливо дожидаются рождения своих потомков, не беспокоясь из-за отставания от плана на один-два года. По словам царевича, первые тревожные звоночки появились четыре недели назад, когда крайний срок рождения нового поколения истек.

В инкубаторе сидела девушка, успевшая сменить косу на два золотистых пучка, и лихорадочно ощупывала крепкую скорлупу. В простом домашнем платье Золотой Волос походила на нянечку, испуганную ротавирусом в детском саду.

— Прости за дерзость, Яга, — побледневшая царевна утерла капельку пота над верхней губой. — Не держи зла, знаю о вашей дружбе.

— Кто старое помянет, тому глаз вон, — я миролюбиво кивнула, присев рядом. — Задерживаются, да?

В большом гнезде из синтепоновых одеял лежал десяток желтоватых яиц. Шероховатая поверхность в крапинку, крепкая даже с виду, излучала тусклое сияние. Змеиный инкубатор полнился тревожным молчанием вместо треска скорлупы — следующее поколение царственных рептилий задерживалось.