Книга Защитница Солнечного Трона, страница 102 – Олег Крамер, Анна Сешт

— Здесь, – хрипло позвала она. – Кажется, здесь что-то есть…

Анхаф посветил ближе. Трещина действительно повторяла изгиб змеи, почти неотличимая от природных черточек и следов времени.

— Попробуй, – приказал Рамос, не отводя взгляда от темноты за ними.

Мерит прижала скарабея к камню. Вновь раздался глухой утробный скрежет, словно проснулось нечто древнее и невероятно тяжелое. Часть стены перед ними бесшумно и плавно ушла вглубь, открывая очередной низкий проход. Из черноты пахнуло холодным ветром, несущим запах сухости и тлена.

— Путь открыт, – прошептал Анхаф. – Вот только куда он ведет?

— Есть только один способ узнать. – Рамос бросил взгляд на факел в руке жреца. – Света надолго не хватит. Двигаемся быстро и тихо. Я первый. Анхаф, свети мне за спиной. Мерит, за мной. Тутмос – замыкающий. Кричи, если что.

Он сделал шаг в проем, и тьма тут же поглотила его. Остальным ничего не оставалось, как последовать за ним.

Новый коридор был у́же предыдущего. Они шли согнувшись, касаясь плечами холодных шершавых стен. Пыль стояла в воздухе густой пеленой, словно песок, поднявшийся в бурю. Забивалась в ноздри, щипала глаза. И дыхание спутников казалось громким шепотом, только слова были неразличимы.

По спине побежали мурашки. Каждый нерв был словно натянутая струна храмовой арфы. Девушка поймала себя на том, что невольно прислушивается к шагам Рамоса, размеренным, успокаивающим.

Воин вдруг замер, жестом останавливая их. Все затаили дыхание.

Сначала не было ничего, кроме стука сердца. А потом… потом до них донесся приглушенный металлический скрежет, словно далеко впереди волочили по камням что-то очень тяжелое.

Мерит переглянулась с Рамосом, но он лишь пожал плечами.

Дальше они двинулись еще более осторожно. Коридор начал расширяться, переходя в небольшой зал. Анхаф поднял факел выше, и свет выхватил из мрака зловещие очертания. Стену на некотором отдалении впереди уродливым шрамом пересекала глубокая трещина. А перед ней на полу лежали груды костей в обрывках плоти и истлевших лохмотьях. В иссохших руках мертвые сжимали оружие.

— Нужно быть осторожнее, – голос Анхафа звучал напряженно. – Здесь что-то не так. Я чую… остаточную магию. Очень древнюю. Оскверненную.

Мерит тоже чувствовала, но не могла объяснить. Ключицу обжигало – Богиня настойчиво предупреждала об этом.

Рамос осторожно сдвинул носком сандалии в сторону какой-то череп, силясь разглядеть знаки на плите.

Раздался едва слышный щелчок…

И все завертелось.

Стены по бокам зала с грохотом устремились навстречу друг другу, грозя раздавить незваных гостей. И одновременно из щели в противоположной стене с шипением хлынул поток мелкого, черного, как сажа, песка, быстро наполняющий помещение.

— Ловушка! – воскликнул Рамос.

Их время просыпа́лось вместе с песком. Страх – уже не перед чем-то потусторонним, а перед вполне явной перспективой умереть здесь – ударил в голову. Мерит чувствовала, как ступни уже увязают в песке.

— Тутмос! Стена! – рявкнул Рамос, упираясь плечом в надвигающуюся на них каменную громаду. Его мускулы бугрились от нечеловеческого напряжения, но тщетно.

Тутмос, замерший с расширившимися от ужаса глазами, сбросил оцепенение. Метнулся к механизму, откуда сыпался песок. Его пальцы, дрожа, скользили по каменной кладке, выискивая зацепку, рычаг – хоть что-нибудь.