Книга Защитница Солнечного Трона, страница 117 – Олег Крамер, Анна Сешт

На этом смущенная жрица оставила подругу и ее нареченного, дав им еще несколько мгновений уединения. Снова оказавшись в пиршественном зале, она чувствовала на себе внимательные взгляды вельмож и жрецов. Взгляд Маи был не тяжелым, не испытывающим, скорее любопытствующим. Едва ли Верховный Жрец не знал, что случилось. Скорее, он прикидывал, как все это удалось, и обдумывал дальнейшие планы.

Мерит надеялась, что Рамос ждет ее неподалеку, но первым наткнулась не на своего воина и даже не на Тутмоса, а на человека, которого ожидала увидеть здесь меньше всего.

Джер стоял в толпе придворных, словно принадлежал им самым естественным образом. Сегодня он был одет в богатую плиссированную тунику из тонко выделанного льна, а его грудь украшало самоцветное ожерелье-усех. И держался он так, будто был рожден и воспитан как вельможа, а не охотился недавно среди теней. Только его золотистые глаза смотрели все так же насмешливо, а в руке он держал пару темных сочных плодов инжира.

И когда Джер подошел к девушке, предложив ей один из этих плодов, та не удержалась, яростно прошептала:

— Как? Как ты здесь оказался?

— Наш фараон справедлив, и награда всегда находит своих героев. – С улыбкой осведомитель поклонился, неотрывно глядя на нее. – Скажем так, ему сообщили, кто еще помог вернуть его царицу. И теперь честь моего рода восстановлена.

— Что ж… звучит и правда справедливо, – задумчиво протянула Мерит, хотя у нее оставалось больше вопросов, чем ответов. – Итак, чего ты хочешь взамен? Уже придумал цену?

Джер загадочно улыбнулся.

— Позволь мне пока оставить тебя в неведении. Но поверь, я не забыл б оплате, жрица Серкет. Просто еще не пришел срок для моей скромной просьбы. Ну а пока – позволю себе откланяться. – Он поднял взгляд, глядя на Рамоса, подошедшего к ним и остановившегося за спиной девушки. – Будь счастлива, раз уж выбрала так.

С этими словами он поклонился и растворился в толпе гостей столь же искусно, как до этого растворялся в тенях.

Нут укрывала столицу звездным покрывалом. Ветер шептался в ветвях, и тихо несла смолистые воды река Хапи.

Царица Тэйи, вдова великого фараона Аменхотепа Небмаатра, остановилась на балконе, глядя на далекие огни восточного берега. Сейчас, в темноте, почти невидимы были очертания громады храма Амона, но Владычица вглядывалась туда, в сердце Ипет-Сут.

Рядом с ней остановился высокий сухопарый мужчина в ослепительно белых одеяниях, и на его груди висела тяжелая самоцветная пектораль, знак его положения. На царицу мужчина не смотрел, хотя они вот уже очень давно вели разговор с помощью не одних только слов.

Тэйи хорошо знала этого человека. Дело было не в ненависти к Нефертити, нет. Маи никого не ненавидел, но он был беспощаден, если считал цель достойной. Молодая невеста фараона была символом – как и ее подруга Меритнейт. Символы. Инструменты.

Маи ревностно хранил заветы Амона и защищал свой народ. Его первый план – сделать ритуал Атона полным недобрых знаков, очернить его смертью – не удался. И тогда он умело воспользовался слабостями молодых сердец и недобрыми слухами при дворе. Это Тэйи как политик понимала.

Кто-то другой мог бы велеть просто тайком убить Нефертити и обвинить в ее смерти этого бедного безнадежно влюбленного мальчика, Тутмоса… Но целью Верховного Жреца не было просто «устранение соперницы дочери». Он всегда мыслил куда шире, хотя порой, как сейчас, его замыслы не только впечатляли, но и ужасали царицу.