Книга Все оттенки ночи. Страшные и мистические истории из переулков, страница 69 – Анна Сешт, Олег Крамер, Екатерина Каретникова, и др.

Мир вдруг вырос, распух, стал огромным и непостижимым. Птичьи домики превратились в избушки из детских сказок. Лишь у самой кромки света Кэти остановилась и оглянулась на свечу, вспоминая предостережение, что вернуться они должны до того, как прогорит время.

Золотая тропа оборвалась у пруда. У Кэти лихорадочно забилось сердце. Тот самый пруд, в котором по легенде спит дракон. Лили остановилась, и девочки заметили, что перья в её руках из чёрных стали васильково-синими.

Сиротка, улыбаясь, протянула их обратно, кивком подталкивая их к водной глади. Теперь каждая из девочек могла обратить свои слова к спящему Хранителю.

Кэти услышала, как Мишель тихонько прошептала Лили желание, чтобы её родители, у которых сейчас не всё идеально, никогда не разводились и никогда не бросали её. И перо маленькой Арно рассыпалось в воздухе сапфировой пылью.

– Пусть так и будет, –прозвенел голос Лили. – По ту сторону.

— Пусть так и будет, – заворожённо повторила Мишель. – По ту сторону.

Следующей была очередь Кэти, но она лишь пожала плечами.

— Я просто хотела увидеть, что чудеса действительно существуют, – и Кэти протянула перо Лили.

На миг их пальцы соприкоснулись, и Кэти почувствовала невыносимую тоску девочки, весь тот холод, что был скрыт за улыбкой, одиночество безвременья. На глаза навернулись слёзы. Но Лили улыбнулась, качнув головой, и поднесла перо к груди Кэти. Кэти увидела, как перо исчезает, растворяясь в чёрной ткани толстовки. Лёгкое жжение разлилось по телу, а в голове зазвучали хрустальные слова:

– В следующей жизни оно тебе пригодится. Поможет найти путь среди тумана и приведёт к Хранителю.

Настал черёд Эрики. Она вздёрнула подбородок и, выставив перо как щит, сказала:

— Я хочу вернуть маму, – и, не дожидаясь ответа призрака, завершила: – Пусть так и будет!

Лили нахмурилась, сжала губы и качнула головой.

Перо не исчезло, не растаяло в воздухе. Эрика хотела было повторить своё желание, но не успела.

Зеркало пруда треснуло, разбилось. Осколки, чернее ночи, взметнулись в небо. Вода вспенилась и заклокотала. В волнах чудились обезображенные ужасом лики. Они накатывали и пожирали друг друга, пока чёрные воды не стали кровавыми.

Вода прибывала, наползала на берег липкой зловонной массой, приближаясь к девочкам.

По щекам Мишель бежали слёзы, но искривлённый ужасом рот не издавал ни звука. Кэти обняла подругу, прижалась к ней, чтобы унять холод, ползущий от ступней к затылку и распускающийся по всему телу ядовитыми вспышками.

Эрика же завороженно смотрела на багряную жижу, что набухала, принимая форму. Вот из неё показалась рука, нечто шарообразное отделилось и разверзло пасть. Когтистые пальцы дотянулись, вырвали куски, обозначив глазницы. Безобразной аркой выгнулся хребет, формируясь в позвоночник и рёбра, обрастая лентами плоти, укрываясь за чёрной липкой оболочкой. То, что было водой, обратилось в ленты алого фарша, который вновь обрёл форму. Как бабочка из кокона, на берег шагнула женщина. Последние ошмётки влажной плоти опали, обнажив идеальную атласную кожу. Улыбка сияла белоснежным оскалом, одежды струились волнами шёлка, а волосы тёмными локонами ложились на плечи.

— Мама, – прошептала Эрика и воскликнула: – Мама! Я так скучала.

Женщина раскрыла руки в широком жесте, приглашая дочь раствориться в объятьях. Но не успела Эрика прижаться к той, по кому так отчаянно тосковала, как чья-то рука ухватила её за плечо, рванула назад и земля ушла из-под ног.