Книга Сокровище Сиальских островов, страница 62 – Дора Коуст

Он не верил, что ему можно уйти. Ар Риграф до последнего не опускал шпагу. И даже когда Арс повернулся к нему лицом, колкое острие все так же было направлено в область сердца.

Мне же продемонстрировали кровавое пятно на белом полотне рубашке.

— У тебя нет последнего шанса, — произнес Рейнар, уничтожая пирата взглядом. — За любую из своих женщин я убью. А теперь пошел вон готовиться к свадьбе.

Спину Арса я провожала напряженным взглядом. Да я вся целиком ощущала себя пружиной. Все ждала, что он схватится за меч, и тогда герцог совершенно точно его не пощадит, так что, когда мужчина остановился в дверях, я приготовилась к самому страшному, почувствовав, как холодок пробежал у меня по спине.

— Ты изменилась, Арибелла. Больше ты не Ари, не та, кого я полюбил.

Услышав разочарование в его голосе, я выдавила из себя улыбку, которая далась мне с превеликим трудом:

— Та Арибелла умерла.

Вслед за пиратом из моей комнаты вышел и Рейнар, окативший меня непередаваемым взглядом. После его ухода я продержалась лишь несколько секунд и обессиленная рухнула прямо на пол, вцепившись в вазу, как в величайшую ценность.

Под ногами у меня лежали цветы. Ковер намок от воды.

Я рыдала. Захлебывалась слезами, наверное выпуская напряжение не только минувших минут, но и всех прошедших дней. Мне было больно, страшно, обидно и досадно. Я ощущала такое разочарование, какого не испытывала никогда.

Да, Арс был прав, я изменилась, но он… Его, выходит, я не знала вовсе.

— Ну тише, что же ты, душа моя, — шептал ар Риграф, в чьих объятиях я оказалась. — Я не убил его, слышишь? Не убил. Только немного… проводил. До свадьбы все обязательно заживет при участии целебной настойки. Неужели он настолько дорог тебе?

— Больше нет, — глотала я воздух, заикалась, не имея сил остановиться и успокоиться. — Просто больно. Я его ненавижу.

— Даже больше, чем меня? — прозвучал вопрос то ли в шутку, то ли на полном серьезе.

В этот конкретный момент я могла ответить только «да», но решила и вовсе промолчать. Дыхание никак не выравнивалось, а руки тряслись, не отпуская при этом вазу, которую у меня настойчиво отбирали.

И в конце концов отобрали.

Забылась сном я прямо в объятиях Рейнара — сидя у него на коленях лишь в нижнем платье, в кольце из его рук, прижавшись к его груди под его тихий, но уверенный голос, обещающий, что все обязательно забудется.

На мокром белом ковре. В темноте. В окружении красных пионов.

— Арибелла, я жду, — поторопил меня герцог, появившийся в бальном зале всего несколько минут назад.

После последней подгонки свадебного платья я спустилась сюда, чтобы проконтролировать установку цветочной арки и постамента для проведения свадебного обряда.

Мама руководила организацией комнат для гостей, а папа проверял последние приготовления касаемо напитков и кухни.

— Но я же не могу вот так все бросить, — воспротивилась я, распаковывая цветочные корзины.

Они должны были стоять по бокам от постамента. Идея разместить их там пришла в голову Татии, но сама девушка сегодня еще не появлялась. Однако через балкон своей спальни я видела ее прогуливающейся по саду в компании слегка прихрамывающего жениха.

Чужого жениха, которого я не хотела больше ни видеть, ни слышать. Жениха, чьи вещи наутро пропали из моей спальни вместе с моим платьем, пятном на ковре и увядшими цветами.