Книга Золотое наследие, страница 122 – Каролин Валь

— Все вы хорошо ладите друг с другом, верно? – В его голосе не было иронии, но я уловила скрытый намек.

— Когда ты растешь вместе, такое случается. – Я не смогла удержаться от легкой насмешки.

— Но в какой-то момент понимаешь, что больше не хочешь дружить.

— Отлично сказано, Шерлок. – Я сделала последний глоток шампанского и взмахнула пустым бокалом. – Хочешь еще? Нет? Тогда я освежусь и принесу что-нибудь выпить.

Я вышла, гордо подняв голову, и почувствовала на себе чей-то взгляд. Мои движения стали чуть более выразительными, чем обычно, – не слишком заметно, но достаточно, чтобы привлечь его внимание. Это тоже было частью игры. В конце концов, если он погибнет из-за того, что не сможет меня получить – как подругу или… что-то большее, – то это будет его собственная вина.

Спустя десять минут я вернулась с бокалом шампанского в руке и сразу заметила Сэмюэла Моэна. Он был отпрыском известного художника, как и Тирил. Калибра Энди Уорхола. Он стоял почти рядом со мной и смеялся, глядя в мою сторону с каким-то озорством. Сэмюэл наслаждался жизнью: его серый зимний пиджак и мешковатые черные джинсы привлекали внимание.

— Элли, сколько лет! Как ты? – Он обнял меня, и я почувствовала тепло его рук.

— А ты? – ответила я вопросом на вопрос, незаметно оглядываясь на Лукаса, который все еще стоял неподалеку, окруженный Астрой и ее мужем. Он смотрел на нас, словно сканируя, как будто изучал насекомое под микроскопом. Его взгляд был пронзительным. Сэмюэл что-то говорил, но я перестала его слышать. – Прости, – сказала я, краснея, чувствуя, что Лукас все еще наблюдает за нами. – Извини, я отвлеклась. Что ты говорил?

— Говорят, твой дедушка плохо себя чувствует?

Меня охватила тревога. Почему этот вопрос так задел меня? Неужели это правда?

— Говорят, его преемник обеспокоен из-за его состояния и хочет заранее подготовиться к возможным изменениям.

Я нахмурилась, чувствуя странное напряжение. Будь это правдой, родители обязательно сообщили бы нам, не так ли? Здоровье наших близких всегда было для нас самым важным. Но слова Сэмюэля заставили меня задуматься. Что-то в его тоне настораживало.

— Это просто болтовня. Ты же знаешь, как это бывает. – Я попыталась отмахнуться, но голос прозвучал неуверенно.

Сэмюэл прищурился, явно заметив мою реакцию.

— Иногда слухи возникают не на пустом месте. Интересно, кто стоит за этими разговорами? Возможно, это дело рук старика Ларссона?

Между семьями Knåd и «КОСГЕН» всегда существовала вражда. Даже мой отец и Александр не могли найти общий язык со старшей дочерью Ларссонов – Кларой. А ведь Сандер учился с ней в одной школе. Кроме Клары, в семье Ларссонов было еще трое детей: Людвиг, Альва и Ловиза. На международной арене мы часто пересекались, поскольку наши круги неизбежно пересекались. Однако существовало негласное правило: не вступать в контакт с врагами.

— Твой парень, кажется, ревнует, когда ты разговариваешь с другими мужчинами, – неожиданно сказал Сэмюэл, хитро улыбнувшись.

Я резко повернулась и увидела Лукаса Стенсруда. Его взгляд буквально прожигал меня насквозь. Мое сердце забилось быстрее.

— Ревнует? – переспросила я, пытаясь скрыть смущение.

— Разве это не очевидно? Мне незнакомо это. А вот твоему парню… – Сэмюэл вздохнул с притворным сожалением. – Если это не ревность, то я не знаю, как описать эмоции на его лице. – Сэмюэл театрально развел руками.