Книга Жестокие сердца, страница 134 – Ева Эшвуд

Я провожу здесь почти весь день с тех пор, как мы приняли решение устранить Оливию. В последний раз я столько торчал за компьютером, когда мы пытались найти Уиллоу после похищения. Теперь долгие часы, проведенные за этим занятием, вызывают у меня неприятные воспоминания о том времени. Мой бок зажил хорошо, но иногда, когда я работаю, шрам от пулевого ранения ноет, будто все мое тело переносится в те ужасные, душераздирающие дни поисков нашей любимой женщины.

Закрыв последний изученный файл, я откидываюсь на спинку стула и вытягиваю шею. Несколько раз моргаю, чувствуя напряжение в глазах, затем снова кладу руку на мышь. Когда я открываю другой файл, в комнату входит Уиллоу и становится сбоку, так что я едва улавливаю движение боковым зрением, но мгновенно ощущаю ее присутствие. Она будто бы заполняет собой всю комнату. Я смотрю на нее.

— Что случилось?

— Ничего, – говорит она, качая головой. – Просто соскучилась по тебе. Ты так часто здесь сидишь в последнее время.

Я улыбаюсь, чувствуя, как внутри у меня все сжимается от удовольствия. Мне нравится, что она скучает по мне. Что думает обо мне.

И она права. Я провожу здесь почти все свое свободное время.

Я поворачиваюсь в кресле так, чтобы мониторы оказались у меня за спиной. Я могу сделать небольшой перерыв, чтобы полностью сосредоточиться на ней.

При виде этого Уиллоу оживляется, на ее бледные щеки возвращается немного румянца. Она взвинчена, под глазами появились небольшие круги, и это заставляет меня беспокоиться за нее.

— Как ты держишься? – спрашиваю я. – Знаю, для тебя это нелегко.

Она вздыхает, морща нос.

— Неужели так очевидно?

— Когда знаешь, что искать, да.

— А ты всегда знаешь, как и что искать, – бормочет она, но не выглядит недовольной. – Ты так хорошо меня понимаешь. И все видишь.

— Но мне все равно хочется услышать это от тебя, – говорю я ей.

Уиллоу, кажется, на мгновение задумывается, а затем снова вздыхает.

— Не знаю. Просто… Я только начала чувствовать, что контролирую ситуацию, понимаешь? Как будто ко мне возвращались силы, и я больше походила на себя прежнюю после… ну, ты знаешь.

Я киваю. Мне и так ясно, о чем она, уточнения не требуются. Никто из нас не забудет об этом в ближайшее время уж точно.

— И теперь это провал.

— Да. Ощущение, что та прочная опора, которая у меня была, ускользает из-под ног. Словно я теряю контроль над собственной жизнью. Ненавижу это. Я-то думала, что станет лучше, но это как три шага назад. Я постоянно оглядываюсь через плечо, нервничаю, беспокоюсь о том, что может случиться.

Я понимающе киваю. В конце концов, поддержание жесткого контроля над своей жизнью и эмоциями – это как раз то, над чем я чертовски усердно работал на протяжении многих лет. Так что понимаю, каково это – чувствовать, как ускользает контроль. Пусть я отчасти и избавился от этого касательно Уиллоу, но есть и другие вещи, которые, вероятно, всегда будут мне нужны, просто чтобы не дать себе снова погрузиться во тьму, которая иногда пытается завладеть мной.

— Ты не утратила прогресса, – обещаю я ей. – Выздоровление – не выключатель, который можно просто щелкнуть. Это непрерывный процесс. Даже когда ты чувствовала себя лучше, тебе ведь все равно снились кошмары, верно?

— Верно, – бормочет она.