Книга Жестокие сердца, страница 87 – Ева Эшвуд

Даже когда расстояние между нами увеличивается, я чувствую их поддержку, их любовь. Эти чувства я несу с собой. Чувства, которые ничто не сможет изменить.

В свободное время и перед сном я читала любовные романы, которые купил для меня Мэлис, и теперь улыбаюсь про себя, когда захожу в прохладный вестибюль здания. Мои парни определенно лучше, чем все те книжные, про которых я читала до сих пор. Опаснее, но намного лучше.

— Чем я могу вам помочь, мэм? – спрашивает женщина за стойкой регистрации, поднимая на меня взгляд от своего компьютера.

Было время, когда, меня бы вышвырнули вон из подобного места, даже за то, что просто зашла. Ведь тогда было совершенно ясно, что я здесь чужая, в своей потрепанной одежде, прячущаяся от всего мира.

Теперь же я сохраняю невозмутимое выражение лица, иду с высоко поднятой головой. Я одета в деловую одежду, которую люди обычно носят в подобных местах: красивый блейзер темно-синего цвета, юбку-карандаш и туфли-лодочки в тон.

Я определенно выгляжу как человек, который постоянно ходит на важные встречи. Наряд был подобран идеально. Если я собираюсь это сделать, то все должно быть как надо.

Впервые с тех пор, как попала в мир моей бабушки, я узнала о нем гораздо больше, и пусть я никогда не возжелаю быть его частью, той рыбой, выброшенной на берег, я себя уже не чувствую. Я учусь, как вести себя в мире высшего класса, где царят предательство и лживость.

Подхожу к столу, стуча каблуками по блестящему мраморному полу.

— Здравствуйте, – говорю я, улыбаясь секретарше в приемной. – Я пришла на заседание правления корпорации «Коупленд».

— Да, конечно. Мне нужно взглянуть на ваше удостоверение личности.

Я достаю его и протягиваю девушке, и она кивает.

— Спасибо. Зарегистрируйтесь здесь. Заседание на восьмом этаже. Просто поднимитесь на лифте, он расположен слева.

— Отлично.

Я подписываю листок, который она мне протягивает, и направляюсь к лифтам. Пусть я и поднимаюсь одна, все же сохраняю видимость уверенности и силы, а когда выхожу из кабины лифта, то смотрю прямо перед собой, направляясь по коридору в конференц-зал, где проходит совещание.

Конечно, как только я вхожу, все взгляды устремляются на меня.

Оливия уже здесь, а также Стелла и Александр, родители Троя. Мне не нужно смотреть на них, чтобы почувствовать, как они сверлят меня взглядами, в которых ясно читается ярость. Я уверена, они уже побывали в сгоревшем домике Троя и убедились, что он действительно мертв. Но благодаря тому компромату, который Виктор раскопал на них, они не осмелились предпринять никаких шагов, чтобы помешать мне завладеть его активами.

Хотя я и не смотрю на них в ответ, все же позволяю себе коротко взглянуть на Оливию, одаривая ее самой вежливой, пустой улыбкой, на которую способна. Я обращаю ее собственную тактику против нее же самой, веду себя спокойно и мило внешне, так, будто все в порядке – и должна признать, мне чертовски приятно видеть, как уголки ее губ поджимаются в ответ.

Проходя мимо нее, я проскальзываю на единственное свободное место, оставшееся за столом. Большинство других членов правления пялятся на меня, пока я устраиваюсь на стуле, явно не понимая, кто я такая.

— Кажется, кого-то не хватает, – говорит пожилой мужчина. – И у нас появился новый член правления?