Книга Ты ушла, зная, страница 13 – Лия Моррейн

Поезд входил в ночной ритм, свет в вагоне стал мягче. Загипсованная нога начала поднывать, и он, не раздумывая, переложил её на соседнюю кушетку, стараясь устроиться удобнее и не тревожить боль лишним движением. Анна пересела со своего места к Адаму. Сначала она заметила его ногу, вытянутую вперёд, затем почти сразу подставила рядом свою – здоровую, вытянув её параллельно его. Анна посмотрела вниз, хмыкнула и вдруг полезла в рюкзак.

— Так, не двигайся, – сказала быстро.

Достала маленький моментальный фотоаппарат и щёлкнула. На снимке – его белый гипс и её нога рядом. Адам даже не успел отреагировать. Он понял, что произошло, уже по звуку, когда Анна убирала камеру обратно. Девушка пожала плечами на озадаченный вид Адама.

— Почему-то захотелось это запомнить.

Он ничего не ответил. Они начали разговаривать – негромко, без темы, перескакивая с одного на другое. Про дорогу, про людей в вагоне, про то, как поезд меняет ритм ночью. Разговор не требовал внимания, но и не отпускал. В какой-то момент Анна замолчала. Он почувствовал, как её голова медленно опустилась ему на плечо. Адам напрягся сразу. Он не любил прикосновения. Не привык к ним и не знал, как на них реагировать. Первым было желание отстраниться – выпрямиться, освободить пространство, вернуть дистанцию. Но он этого не сделал. Что-то удержало его на месте. Не мысль и не решение – скорее ощущение, что любое движение сейчас будет лишним. Анна спала. Её дыхание стало ровным, тяжёлым. Вес её головы ощущался отчётливо, и от этого Адаму было не по себе. Мальчик сидел неподвижно, боясь пошевелиться, боясь разбудить её неловким движением. Через какое-то время рядом остановился учитель. Он посмотрел на них и осторожно коснулся плеча Анны.

— Анна, – сказал он тихо. – Пора на место. Готовимся ко сну.

Она вздрогнула, сразу выпрямилась и быстро пересела, будто ничего не произошло. Адам остался сидеть, чувствуя, как плечо внезапно стало пустым и слишком лёгким. Он не пытался разобрать, что именно произошло. Просто отметил: раньше подобные моменты не задерживались в нём так надолго.

Вагон снова был обычным – с приглушённым светом, шорохами, редкими голосами. Адам смотрел в окно и чувствовал напряжение в теле – как после сна в неудобной позе, когда уже проснулся, но ещё не до конца вернулся в себя. Он не знал, зачем это удерживает, и не искал объяснений. Просто позволил этому быть.

Утром всё стало резким. Свет, движение, разговоры, сборы. Люди вставали, искали вещи, перекликались. Анна снова была быстрой, включённой, сразу в нескольких местах. Она разговаривала с кем-то из ребят, что-то объясняла младшим, смеялась. Когда поезд остановился, Адам вышел вместе со всеми, не торопясь, позволяя толпе двигаться впереди.

Первый день в городе начался без суеты. Экскурсии шли одна за другой, автобус останавливался, люди выходили, собирались, снова ехали. Анна держалась рядом чаще, чем прежде, но по-другому. В прошлую поездку она тянула его за собой – предлагала свернуть, зайти, посмотреть. Сейчас двигалась медленнее, подстраиваясь под его шаг. В автобусе села рядом, не спрашивая, можно ли. Просто положила рюкзак на колени и придвинулась ближе. Показывала за окном здания, людей, вывески. Иногда наклонялась совсем близко и говорила что-то тихо, почти на ухо. Эти движения больше не выбивали Адама из равновесия, но он стал их замечать. К концу дня он понял разницу между этой поездкой и предыдущей. Тогда город был главным, и Анна существовала внутри него. Теперь город был фоном, а Анна – тем, что постоянно оставалось в поле зрения.