Книга Семнадцатый, страница 180 – Эмилия Вон

Погодите. О чем он говорил? Пять дней? Введение лекарства? Что…

Тут было что-то не так.

Мы говорили с отцом всего три дня назад. Тогда он сказал, что Тео спит, и я решила не беспокоить его. Последние дни я была поглощена работой: подготовка к церемонии «Золотого мяча», пресс-релизы для предстоящего матча с «Валенсией» – первого после дисквалификации. Я буквально выпала из жизни на эти дни, но как я могла пропустить такое важное событие? Как я могла не знать, что моему брату ввели лекарство, которое могло спасти его жизнь, и ради которого я экономила каждый месяц, откладывая деньги?

Ощущение, что я пропустила нечто жизненно важное, заставляло меня сомневаться в собственном восприятии мира.

Мы ведь еще не были готовы. Неделю назад на счету Тео не хватало значительной суммы. Если только отец с Энни не выиграли в гребаной лотерее. Или же не нашелся какой-то богатый родственник, оставивший нам наследство?

Если только…

О, нет.

Нет. Нет. Нет.

— Селена? Ты здесь?

— Да. Э-э, да, я здесь, – откашлявшись, ответила я. – Я… Я просто не совсем понимаю, как это возможно… Пап, ты уверен, что с Тео все в порядке?

— Абсолютно, – ответил он. – Твой брат сейчас на физиотерапии, но ты сможешь с ним поговорить через час или два, хорошо?

— Отлично, – согласилась я. – Пап, я очень рада это слышать, но не мог бы ты объяснить, откуда взялись деньги на препарат, который стоит целое состояние? Ведь в последний раз, когда я проверяла счет, у нас все еще не хватало больше половины.

В трубке опять повисло молчание, и я уже подумала, что связь оборвалась.

— Папа?

— Черт, он попросил не рассказывать об этом, но я думаю, ты должна знать, – начал отец, подтверждая мои подозрения. – Диего полностью оплатил лечение Тео и все сопутствующие расходы. Включая несколько курсов препарата.

Конечно, он это сделал.

С того самого момента, как Диего узнал о Тео и познакомился с ним, он проявлял неподдельный интерес к его состоянию. Он задавал множество вопросов о лечении, врачах, прогнозах. Поэтому я тогда не обратила особого внимания на то, что его вопросы становились все более конкретными, особенно те, что касались экспериментального лечения и диагноза. Он всегда был неравнодушен к этой теме, потому что ему было не все равно. Его искренняя заинтересованность и участие многое для меня значили. К тому же он был добр к Тео, который его просто обожал.

Они нашли общий язык и ни разу не пропускали видеозвонки, во время которых играли в онлайн-игры на приставке, которую Диего купил для Тео. Он также подарил несколько приставок медицинскому центру, где лежал мой брат. Они обсуждали спорт, комиксы и игры, могли часами болтать, пока не наступало время отбоя или очередной процедуры.

Я была благодарна Диего за его отношение к Тео, которое он заслуживал, но не получал от моего парня на протяжении двух лет наших отношений. За все это время Коннор ни разу не выразил желания познакомиться с Тео лично. Он не пытался сблизиться с ним или узнать, как проходят его процедуры. Хотя он знал, что деньги, которые платил мне за работу, шли на оплату лечения Тео. И всякий раз, когда мы ссорились или он был пьян, Коннор тыкал мне этим в лицо, называя меня охотницей за деньгами.

Да, мне нужны были деньги, но в отношениях с ним я была не ради этого. Я умела разграничивать наши личные и рабочие отношения. Он был отвратительным парнем, но хорошим работодателем, который вовремя и щедро платил.