Книга Семнадцатый, страница 181 – Эмилия Вон

Наши отношения были сложными, но прежде всего я оставалась его помощницей, которую он нанял, и старалась быть хорошей сотрудницей, терпя его выходки и капризы и сопровождая его по всему миру, как собака на поводке.

Каждый раз, когда его задницу нужно было спасать перед СМИ и начальством, я брала это на себя. Когда он возвращался домой пьяным и обкуренным после ночных похождений, я клялась всей команде, что Коннор всю ночь спал в нашей постели, как младенец Иисус. Когда он разбил спонсорский автомобиль, врезавшись в дерево и чуть не убив нас обоих, я взяла вину на себя, потому что последствия аварии могли бы нанести серьезный ущерб его карьере гонщика «Формулы-1».

Да, наши отношения со временем стали разрушительными и сложными. Да, частично я продолжала терпеть скверное обращение, но не потому, что боялась потерять его деньги. Я боялась лишиться работы, которую со временем перестала приносить мне удовольствие, но которая поддерживала жизнь моего брата. Без нее мне бы никогда не удалось накопить достаточно средств для его лечения.

Разумеется, я могла бы найти другую работу, но вряд ли кто-то предложил бы мне ту же зарплату, что я получала в «Формуле-1». Возможно, со временем я бы нашла что-то подходящее, но времени у нас, у Тео, не было. С каждым днем ему становилось хуже, и единственное, что поддерживало его жизнь – это лекарства, ради которых я цеплялась за эту работу изо всех сил. Сделало ли это меня охотницей за богатством? Не знаю. Возможно.

Но если я терпела работу на Коннора, как и его самого, закрывая глаза на многие вещи в наших отношениях, то с Диего все было иначе.

Я всегда хотела быть с ним, присутствовать в его жизни на каждом этапе, не пропуская ни одного дня. Независимо от того, работала бы я на него или нет, я просто не хотела больше находиться вдали от него. Именно поэтому поступок Диего вызвал у меня смешанные чувства.

Неужели Диего узнал о Конноре? Что если он подумал, что я вернулась в его жизнь спустя столько лет ради денег? Принял ли он меня за охотницу за богатствами? Мошенницу? Считает ли он, что я использую его в своих интересах, как когда-то думал Коннор?

Черт, я знала, что это глупо и совсем не рационально, ведь Диего вовсе не Коннор, но часть меня, которой дали повод чувствовать неуверенность…

— Селена, послушай, – раздался голос отца, отвлекший меня от размышлений. – Этот парень всегда бережно относился к тебе. Даже когда вы были детьми, он всегда заботился о тебе, точно так же, как ты заботилась о нем. – Папа сделал небольшую паузу, подбирая слова. – Не знаю, что стало причиной вашего расставания: расстояние или что-то другое, но то, что он вновь появился в твоей жизни спустя столько лет и все еще заботится о тебе, говорит о том, что ты всегда была ему небезразлична.

Слышать, что папа поддерживал парня, с которым у меня отношения, было странно и необычно. Ему никогда не нравился Коннор. Отец считал, что тот недостаточно бережно ко мне относится, и видел в нем лишь придурка. Теперь я не могла не согласиться с ним, особенно после того, что произошло, и после того, как узнала, что значит, когда тебя по-настоящему любят и заботятся о тебе.

— Мы никогда и ничем не сможем отплатить ему, как и тебе, милая, но почему-то у меня есть ощущение, что этому парню ничего не нужно так, как твое одобрение и присутствие в его жизни. Поверь своему старику, пчелка. – Папа замолчал на мгновение, чтобы прокашляться, скрывая свои настоящие эмоции, и дал мне время осмыслить его слова.