Книга Нелюбимая. Второй не стану, страница 17 – Ванесса Рай

Бросаю на брата-предателя пристальный взгляд. А он симпатичный… Даже очень. Крупные, мужественные черты лица, густые, почти черные волосы… Спортивная, подтянутая фигура, красивые, серые глаза. Но это сходство… Его нельзя не заметить! Та же линия скул, тот же разрез глаз. Он был очень похож на Женю… Как две капли воды. И это сходство пугало меня до дрожи. Ведь мужчина, которого я любила, оказался чудовищем.

А вдруг и Глеб такой же? Сейчас он кажется благородным, честным, проявляет симпатию, ухаживает… Но что будет, если я ему доверюсь?

Прошло три недели.

— Я буду омлет с зеленью, — говорю я официанту. — Капучино. Двойной… Еще, пожалуй, вишневый пирог и творожную запеканку с вареньем, — аппетит после тренировки просто зверский.

Глеб рассмеялся. — На зиму запасаешься? — спросил он, с обожанием глядя на меня. — Ни в чем себе не отказывай… Я тебя и полненькую любить буду.

От неожиданности меня даже в жар бросило. Он признался мне в любви! Просто так, вскользь, во время обеда…

Мы с Глебом встречаемся уже три недели, а он ни разу не говорил мне такие слова. Хотя я догадывалась, что дорога ему. Чувствовала… Видела, как Глеб тянется ко мне, как дорожит, как касается, как смотрит. Но о любви он сказал только сейчас…

Я замерла, лихорадочно соображая, что мне ответить. Сказать, что я тоже его люблю? Не могу… Эти слова словно застряли где-то в грудной клетке, не желая складываться в предложение. Я еще не готова к этому.

Я без ума от Глеба, но мне не дает покоя то, что он родной брат Жени. Он похож на него внешне, даже иногда говорит с такими же интонациями, что я вздрагиваю и замыкаюсь в себе. Я знаю, что это глупо — Глеб совсем не такой, как его брат. Но мне нужно время, чтобы окончательно справиться со страхом, который глубоко засел в душе.

Смущенно улыбнувшись, я сделала вид, что не расслышала его слова или не поняла их значение. А потом, услышав звук открывающейся двери, обернулась и увидела, как в кафе зашла Анна Васильевна — мать Глеба и Жени, моя несостоявшаяся свекровь.

От взгляда этой женщины мне стало не по себе — он был полон негодования и осуждения. Меня бросило в жар, а потом резко в холод. Раньше Анна Васильевна при встрече со мной улыбалась, искренне интересовалась моими делами, рассказывала о себе. А теперь она ненавидит меня. Это обидно, ведь я ни в чем не виновата…

— Мама, здравствуй! Садись к нам. Тут очень вкусно кормят, — при виде матери Глеб сначала растерялся, а потом взял себя в руки.

— Хорошо, если вкусно… Есть очень хочется. Я сегодня без завтрака, поехала в больницу анализы сдавать. Надо было натощак. Потом побежала по делам, забегалась… В общем, — тараторила Анна Васильевна. — Сынок, а почему вы… почему вы сидите в кафе? Я имею в виду вместе, — спросила она, бросив на меня красноречивый взгляд, в котором читался один-единственный вопрос: «Как ты смеешь?»

— Глеб, что происходит? — тихо спросила она, переводя взгляд на младшего сына. — Если вы случайно встретились и решили пообедать, то… почему ты держишь Соню за руку?! — почти выкрикнула она дрогнувшим голосом.

Я резко отдернула ладонь… Глеб не говорил матери про наши отношения. Он скрывал… Боялся ее реакции.

— Мам, — Глеб сделал глубокий вдох, и его голос стал тверже. — Мы с Соней вместе. Мы встречаемся… мы — пара.