Книга Прятки. Я иду искать, страница 122 – Кира Сорока

— Но тогда кто здесь всё решает? Министерство или соучредители? – мне почему-то очень важно докопаться до сути.

Кто скажет последнее слово?

Кто отчислит Кирилла? Кто именно уволит директора или заставит написать его по собственному? Кто?

— Там всё сложно, Ася. Министерство будет давить на Влада Сергеевича и остальных учредителей. Убрать виновных с глаз долой будет выгодно для всех.

Ясно… Теперь мне ясно, что у нас нет никаких шансов на справедливость.

— Можно, я пойду?

Поднимаюсь с кресла. В горле стоит ком, а плакать при директоре я не хочу.

— Хорошо, иди.

С отстранённым выражением лица он показывает рукой на дверь. А сам уже погружён в собственные мысли.

Получается, что если он уйдёт, а мама останется, их отношения закончатся, так? Мне его жаль, если честно. А вот маму не очень.

Наверное, я плохая дочь!

Уже у двери спохватываюсь и дрогнувшим голосом спрашиваю у Дениса Викторовича:

— Кирилл знает? Знает, что его отчислят?

— Да, я сказал ему утром.

Слеза всё-таки стекает по моей щеке. И мне становится нечем дышать. Распахнув дверь, выбегаю из кабинета и уношусь прочь.

Мне нужно найти Кирилла.

Кир

Прислонившись спиной к дереву, смотрю перед собой. Роящиеся в голове мысли совсем не радужные. Мрачные. Подавляющие. Удручающие.

Что там делают обычно в моём возрасте, чтобы справиться со стрессом? Напиваются или травятся каким-нибудь дерьмом? Хреновый выбор, если честно. Поэтому я предпочитаю просто от всех дистанцироваться. Уже около часа сижу в дубовой роще и глазею на дупло в надежде, что оттуда выскочит белка и просто порадует меня своим присутствием.

Белка…

Моя личная Белка мне не верит. Укатила к Дашке на выходные, поступив весьма эгоистично. Но я могу её понять! Она устала… От Соболевых, от Гордеевой, от своей матери. А я устал быть без Аси. Да так сильно, что трудно дышать…

Когда она уже приедет?

— Эй, неудачник, подвинься.

Повернув голову, смотрю на невесть откуда появившуюся блондинку.

— Какого хрена тебе нужно? – спрашиваю, скривившись.

— Будь вежлив с человеком, который принёс тебе таблетку от всех бед, – насмешливо бросает Ника и бесцеремонно опускается на сухую траву рядом со мной.

Слишком близко ко мне. К тому же несёт какую-то ересь. Я собираюсь подняться и просто свалить отсюда.

— Подожди! – Ника хватает меня за руку и крепко сжимает, не давая встать.

— Отпусти, – хмуро смотрю в глаза девушки.

Но она качает головой.

— Останься. Поверь, ты не пожалеешь об этом. Я знаю, кто слил фото, и могу это доказать.

Я продолжаю сканировать её лицо.

Что это? Очередная уловка? Или она реально знает, кто это сделал?

Вырвав руку, всё же остаюсь. Прислоняюсь к дереву.

— Говори, – вновь перевожу взгляд на дупло.

— Фотографию сделал Тимур. Я видела этот снимок в его телефоне ещё до того, как он появился в общем чате.

— Тимур не мог его отправить, он был на поле, – отзываюсь бесцветным голосом.

Да-да, у него стопроцентное алиби. А Ника сейчас не открыла для меня Америку. Я сразу подозревал Соболевых, но доказать это не могу.

Она тоже опирается на ствол дерева, прижавшись плечом к моему плечу. И если я смотрю строго перед собой, она пристально разглядывает мой профиль.

— Ты ведь не зря прошёлся по лицу Марата кулаками, – понижает голос до шёпота. – Это, и правда, сделал он. Вы все были на поле, а дверь в раздевалку была немного приоткрыта. Я заглянула внутрь и увидела, как Марат копался в твоём рюкзаке.