Книга Пташка Барса, страница 102 – Ая Кучер

Мужчина делает шаг внутрь. Плечи расправлены, шаг тяжёлый, и от одного этого движения кажется, что пол дрожит.

Ярость выжигает кислород в комнате. Воздух стал густой, вязкий, как патока. Мне нечем дышать.

— Ой, – вырывается у меня жалобно.

Я в панике смотрю на него. Всё тело напряжено, как струна. Он точно не остановится на рычании. Я чувствую это каждой клеткой.

Медленно, будто в кино, оборачиваюсь на Самойлова. Он ведь должен… Ну, сделать что-то? Сказать? Остановить? Спасти, в конце концов!

Но Демид сидит спокойно. Он не боится. Даже не хмурится. Ухмыляется.

В глазах – искры интереса. Наблюдает, как будто смотрит сериал в прямом эфире.

— Какого хера ты здесь делаешь?! – рявкает Барс.

Он идёт прямо ко мне. Будто взрывная волна, плотная, горячая, идёт по полу вместе с его шагами.

Его взгляд пронзает насквозь, и я буквально чувствую, как под кожей сжимаются органы.

— А я тут это… – лепечу, метнув отчаянный взгляд на Самойлова. – Демид…

Он! Он же мог бы сейчас что-то сказать! Он же мог бы вмешаться! Но вместо этого…

Самойлов только ухмыляется сильнее. Откидывается в кресле, вальяжно закидывая ногу на ногу, и поворачивается ко мне и Барсу, словно зритель, который пришёл на спектакль с отличным обзором.

Он даже пальцами барабанит по подлокотнику, будто дирижирует моей катастрофе.

Я понимаю, что Самойлов поможет. А Барс разъярён до предела. Напряжённый, как струна.

Он пышет яростью так, будто может поджечь воздух. И он идёт ко мне. А я? А я сейчас просто сгорю. Он растерзает меня, как минимум – морально. Как максимум…

Не хочу даже думать.

— Я просто помогала! – вскрикиваю, голос срывается на визг.

И делаю единственное, что могу. Пытаюсь убежать. Но есть нюанс.

Ноги дрожат, колени ватные, я даже встать нормально не могу. Всё тело трясётся от паники, руки скользят по подлокотникам.

Я отчаянно смотрю назад и отталкиваюсь пятками. Да. Я убегаю на кресле.

Шлёп! Пятками в пол, колёсики визжат. Еду! Прямо на своём троне, величественно и жалко одновременно.

Барс останавливается. Его взгляд скользит по мне, от ног до макушки. Он выгибает бровь. И скалится.

Не просто усмешка. Это хищная, оскаленная гримаса. Зубы белые, челюсть напряжена. Глаза горят.

Мышцы под кожей будто дрожат. Он похож на зверя, который замер на долю секунды перед прыжком.

— Я просто помогала! – вскрикиваю, и голос срывается. – Ой, нет. Я потерялась!

— Потерялась? – цедит он.

— Да! Ага! Ну, шла в библиотеку, а там сложно… Запуталась… Свернула не туда. И тут оказалась! Вот так совпадение, а?

Он скалится сильнее. Губы растянуты в ухмылке, но в этой ухмылке столько агрессии, что воздух вокруг дрожит.

Жар поднимается от пола. Я чувствую, как пульсирует пространство от его ярости.

Сердце бьётся так, что кажется, сейчас выскочит. Ладони потеют, позвоночник слипся в одну длинную тревожную жилу.

— Я же не виновата! – размахиваю руками. – Самир, ну правда. Я свободный человек…

— Ты теперь на цепи сидеть будешь, – отрезает Барс зловеще. – Поняла меня?

— А может… Мы договоримся? Знаешь… Обсудим границы? Так по-взрослому… Как в нормальных токсичных отношениях...

Барс рычит. Этот звук глубокий, грудной, будто вырванный из самой диафрагмы. Он заполняет собой всё.

Этот рык проходит сквозь меня, будто электрический ток. И я чувствую, как внутренности сжимаются в комок.