Книга Пташка Барса, страница 49 – Ая Кучер

— Пташка, да ты всеми способами к моему херу пытаешься добраться. Ценю.

Я зависаю. Просто зависаю, как тормознутая программа. Сердце вылетает куда-то в космос, а сердце просит отставку. Старенькое, не выдерживает.

Я, конечно, понимаю, кто именно меня словил. Рычащие нотки невозможно спутать. Вот только отказываюсь это принимать.

Нет, это не может быть Барс. Не-а! Если не признаю, то никто и не докажет, что это происходит на самом деле.

Но реальности не избежать. До меня доходит и фраза Барса. И то, в какой провокационной позе я сейчас оказалась.

Да я ж только что чуть лицом в его ширинку не впечаталась! Что вообще за уровень позора сегодня?

Вот ведь, надо было мне именно сейчас пойти на выход.

Барс. Его пах. Моя морда. Какой чудесный ансамбль.

Ноги дрожат, лодыжка нытьём напоминает о себе, а всё тело предательски горит. Щёки пылают. Даже уши краснеют.

Где этот грёбаный портал в ад, когда он нужен? Я бы в него нырнула без раздумий. И не выныривала бы. Никогда.

Я ойкаю и тут же резко выпрямляюсь. Лодыжка ноет, но плевать. Главное – держать дистанцию от этой ходячей катастрофы в теле мужика.

Барс делает шаг. Один. Второй. Я отступаю. Каблук скользит по плитке, но я не падаю, хоть и стою уже на честном слове и лужице паники.

Он заходит в уборную. Я вижу, как рука тянется – и щёлк! – дверь захлопнута, да ещё и замок повёрнут.

А это зачем? Тут, вообще-то, приватные кабинки. Свобода, равенство, туалетная неприкосновенность!

— Ну? – тянет он бархатным голосом. – Продолжать будешь?

— Что? – я теряюсь. Реально. Мозг ушёл в отпуск, а мне не оставил даже карты маршрута.

— Губами на мой член примеряться. Мне зашло, но без брюк лучше будет.

— Ничего я такого не делала! Это вообще ты виноват! Кто так двери дёргает, а? Я, между прочим, могла серьёзно пострадать! Ударилась! Упала! Я вообще морально изнасилована твоей неадекватной напористостью! Я пострадавшая сторона!

Барс не двигается. Но ухмылка ширится. Морда довольная, как у кота, которого запустили в магазин с колбасой, ещё и шалить разрешили.

Только я не разрешала!

Он не испытывает ни капли стыда. Зато я – целую канистру. Только там точно была примесь бензина, поэтому так горит кожа под взглядом мужчины.

— Пострадала? – уточняет он.

— Да! – вскрикиваю я.

— Отлично, я и подлечу. По секрету, пташка, трах снимает все болезни. Проверено.

Моё лицо краснеет до степени, когда можно вскипятить чайник взглядом. Руки подрагивают от досады. Словно не знают, что им сделать – отвесить пощёчину, или уже карабкаться в крошечное окно.

Я хватаю воздух губами, стараясь придумать хоть какой-то приличный ответ на эту несуразицу.

Какой к черту секс?! Он хоть о чём-то другом думать может, или у него вентили заклинило немного?

И ведь аргументов у меня нет. Потому что я не читала подобных исследований!

А вдруг он прав, а я себя дурочкой выставлю? Не то, чтобы Барс и так был сильно высокого мнения о моих умственных способностях…

Он ведь может быть прав? Ну типа… Секс там.… Эндорфины, гормончики, антистресс, разогрев крови. Я где-то читала. Или это в сериале было?

— Ты… Ты… – я заикаюсь, пытаясь подобрать слово. – Ты! Самое неприличное, что я в жизни видела!

— Заебись комплимент, – скалится он. – Рад, что оценила.

— У нас там встреча! Мне надо вернуться! Срочно! Меня, наверное, уже ищут, скучают, плачут!