Книга Пташка Барса, страница 90 – Ая Кучер

С удивлением понимаю, что вещи не испачканы в той странной пене, что случилась из-за взрыва.

Подумаешь, случайно собрала мини-бомбу из женских принадлежностей.

Да и вообще – это не я проблемная, это мир не готов к такому уровню организации, как у меня!

Я роюсь, пытаясь понять, что я вообще в панике бросала туда. Вещей мало, зато куча канцелярии.

Ну… У меня не то, чтобы было много времени подумать тогда!

Но я всё же нахожу зелёный сарафан. Лёгкий, струящийся, с тонкими бретелями и пуговицами спереди.

Я хватаю его и заскакиваю в ближайшую спальню. Захлопываю за собой дверь, на автомате стаскиваю полотенце и натягиваю сарафан.

Смотрю на себя в зеркала, боясь, что сделала что-то не так. Вдруг пуговку пропустила? А у меня нет желания снова демонстрировать свои формы Самиру!

Но всё хорошо. Сарафан подчёркивает талию, юбка слегка колышется. Выгляжу я прилично.

Только губы пухлые и красные после поцелуев мужчины. А подбородок с лёгким алым следом от его щетины.

Всё внутри вспыхивает, накатывает воспоминаниями того, что случилось в душевой.

Я стараюсь успокоиться. Убрать лишние воспоминания. Ничего не было. Да, именно!

Была просто слишком горячая вода. Перегрелась. Начались галлюцинации. Мне показалось. Мне всё показалось.

Влажные волосы я прячу под полотенце, с опаской выхожу из спальни. Аккуратно направляюсь на первый этаж, к кухне.

Дико хочется пить. Я открываю холодильник, доставая бутылку минералки. Замечаю, что полки ломятся от еды.

Люди Барса, видимо, не только калечить умеют. Подготовились, молодцы. Браво, бандитский кейтеринг.

Но желудок в этот момент заявляет о себе протяжным «спаси меня». Меня скручивает, как будто внутри комок.

На автомате хватаю яйца, молоко, сыр, помидоры. Хочу хоть что-то приготовить себе.

Быть похищенной дважды за день, а потом умереть от голода – совсем позорно как-то.

Бросаю всё на сковородку, перемешивая. Успеваю приготовить себе ужин, когда раздаются шаги Барса.

Я оборачиваюсь. И понимаю, что сегодня моя нервная система точно до финала не доживёт.

Мужчина спускается по лестнице. Его волосы влажные, капли поблёскивают на мощном теле.

На мужчине только полотенце, завязанное на бёдрах. Совсем ничего не скрывающее!

Ну что за любовь к эксгибиционизму, а?!

— Так! – вскрикиваю, в панике делая шаг назад. – Я кое-что решила!

Он усмехается, всё ещё спускаясь, как тигр с пьедестала:

— Уже страшно, пташка.

— Раз мы живём вместе, то нам нужны правила. Понятно?! Условия! У нас будут правила того, как ты должен себя вести!

— Раз мы живём вместе, то нам нужны правила. Понятно?! Условия! У нас будут правила того, как ты должен себя вести!

Я усмехаюсь. Медленно. Протягиваю руку к узлу полотенца, подтягиваю, чтоб крепче держался.

Иначе тут сейчас кое-кому плохо станет – скромница-пташка в обморок вот-вот грохнется.

Веду челюстью, осмысливая сказанное. Решила, что может здесь командывать и правила устанавливать?

В моём доме. Мне. Правила.

Кто-то слишком в себя поверил. Но вместе с этим – заводит. Ещё как.

Вот эта её попытка хоть как-то держать дистанцию. Вздернутый носик и игра в сопротивление.

Охуенно вставляет.

Но придётся крылья пташки подрезать.

— Здесь существуют только мои правила, – произношу твёрдо. – Я – трахаю тебя где хочу. Ты – подмахиваешь.