Книга Развод без правил, страница 63 – Вера Главная

Я решила попробовать прощупать почву через официальные каналы. Поднялась, одернула жакет, стараясь, чтобы движения выглядели деловито, и направилась в приемную. Инга, женщина с равнодушными глазами и идеальной укладкой, даже не подняла головы от клавиатуры, когда я подошла к стойке.

— Инга, мне нужен доступ к архиву договоров за прошлый год. Конкретнее — контрагенты по агентству «Счастливый день», — произнесла я тоном, не терпящим возражений. — Петр Алексеевич поручил найти связь с криминалом. Мне нужны исходники.

Помощница медленно перевела на меня взгляд. Высокомерие, сквозившее в нем, можно было резать ножом и намазывать на хлеб.

— Ирина Львовна, все необходимые вам документы переданы в юридический отдел. Личный архив Петра Алексеевича — закрытая зона. Доступа нет. И не будет.

— Но это важно для дела! — я попыталась надавить, изображая рвение. — Мы проиграем обеспечительные меры, если я не предоставлю суду факты.

— Петр Алексеевич сам решает, что важно, а что нет, — отрезала она, возвращаясь к монитору. — Не мешайте работать. И, кстати, охрана уже интересовалась, почему вы бродите по офису без сопровождения. Вернитесь на рабочее место.

Я вернулась в свой «аквариум», чувствуя, как ярость смешивается с бессилием. Инга не просто отказала. Она дала понять: я здесь никто. Я — функция. Инструмент. Как только я выполню свою задачу — уничтожу репутацию Виктора — меня утилизируют. Как сломанный принтер. Или как опасного свидетеля.

Оставался только один путь. Взлом.

День тянулся мучительно долго, словно кто-то насыпал песок в шестеренки времени. Я сидела за столом, имитируя бурную деятельность. Открывала папки, перекладывала бумаги, что-то печатала, тут же удаляла. Мозг лихорадочно просчитывал варианты.

Кабинет Петра запирался на электронный замок. Ключ-карта имелся у него и у Инги. Но я видела, как Инга прячет запасную карту в ящике стола, когда уходит на обед. Что, если получится ее достать? Безумно рискованно рискованная авантюра. Но иного выхода я не видела.

За окном постепенно сгущались сумерки. Город погружался в осеннюю мглу, зажигались огни фонарей, отражаясь в мокром асфальте. Офис постепенно пустел. Ушли менеджеры, стих гул голосов, погас свет в переговорных. Станислав, позевывая, собрался идти домой.

— Ирина Львовна, вы ночевать тут собрались? — спросил он, наматывая шарф на шею. — Охрана через час поставит этаж на полную сигнализацию.

— У меня вдохновение, Стас, — я выдавила из себя кривую улыбку. — Хочу дописать стратегию защиты от встречного иска. Посижу еще часок. Скажи ребятам на посту, чтобы не теряли.

— Ну, вы даете. Трудоголик. Что ж, до завтра, — он хмыкнул и вышел.

Я осталась одна в полумраке пустого офиса. Привычный яркий свет сменился на дежурное освещение, стал отчетливее слышен гул серверов.

Тишина давила на уши. Я знала, что мой «цербер» сидит в холле у лифтов, блокируя выход. Но внутри периметра передвигалась относительно свободно. Пока что.

Я выждала двадцать минут. Сердце колотилось так сильно, что казалось, ребра сейчас треснут. Разулась, чтобы не цокать каблуками, и в одних чулках пошла по ковролину к приемной. Каждый шаг давался с трудом, словно я двигалась по минному полю. В голове крутились обрывки фраз Глинского: «Я защищу тебя», «Мы команда». Какая же ложь. Какая изощренная, гнилая ложь.