Онлайн книга «Развод без правил»
|
В приемной царил полумрак. Я обошла стойку, присела на корточки у стола Инги. Если я ошиблась, если карты там нет… Пальцы нащупали ручку ящика. Заперто. Черт! Я закусила губу до крови. Ну, конечно, она не идиотка. Я начала судорожно шарить руками под столешницей, в подставке для бумаг, под клавиатурой. Ничего. Паника подступила к горлу ледяной волной. Неужели все зря? И тут взгляд упал на верхний ящик — маленький, для канцелярии. Обычно такие не запирают. Я потянула, и он поддался. Скрепки, стикеры, помада и… Пластиковый прямоугольник белого цвета. Пропуск для гостей вип-уровня. Он должен сработать. Обязательно. Я сжала карту в руке, чувствуя, как потеют ладони. Осталось самое страшное: пройти мимо камер к кабинету босса. Станислав как-то упоминал про «слепые зоны», жалуясь на плохой обзор для службы безопасности. Если прижаться к стене за кадкой с пальмой, можно проскользнуть. Я двигалась тенью, сливаясь со стенами. Страх перерос в холодную решимость. Я действовала на автомате, как робот. Подошла к массивной двери из красного дерева. Приложила карту к считывателю. Зеленый огонек вспыхнул в темноте, как глаз хищника. Замок щелкнул. Я толкнула дверь и скользнула внутрь, мгновенно закрывая ее за собой. Кабинет Глинского встретил меня запахом дорогой кожи и перегара. Видимо, Петр успокаивал нервы не только криком, но и коньяком. Я не стала включать свет. Яркости уличных фонарей, пробивающихся сквозь жалюзи, было достаточно. Я метнулась к столу и открыла крышку ноутбука. Экран загорелся, требуя пароль. — Думай, Ира, думай, — шептала я, чувствуя, как дрожат колени. — Он педант, эгоцентрик. Дата рождения? Слишком просто. Имя матери? Банально. Я вспомнила, как он кичился своими победами. Как рассказывал, что заработал первый миллион на сделке с «Алмаз-Холдингом». Дата той сделки висела у него в рамке на стене в приемной, как икона. 12.04.1998. Я ввела цифры: 120498. «Неверный пароль». Вторая попытка. Еще две — и система заблокируется, отправив сигнал тревоги на пульт охраны. Меня бросило в жар. Я огляделась. На столе стояла фотография. Не семья, не дети. Он сам, стоящий на вершине какой-то горы, с ледорубом в руке. Эльбрус. Он говорил, что покорил его в прошлом году. Я достала рабочий телефон и зашла в его соцсети. Пролистала ленту вниз. Вот оно фото. Дата публикации: 05.08. Я ввела 0508. «Вход выполнен». Я едва не разрыдалась от облегчения, но времени на эмоции не оставалось. Сразу вставила флешку для копирования. Пальцы летали по тачпаду. «Финансы», «Офшоры», «Черная касса». Папки с такими названиями не хранятся на рабочем столе, но Петр слишком уверился в своей неприкосновенности. Он считал этот офис крепостью. Я нашла папку «Проект А.». Аксенов. Клик. Мой мир рухнул окончательно. В этой папке хранились не просто счета. Глинский выстроил целую стратегию по уничтожению конкурента. Планы рейдерского захвата, подкуп судей, схемы вывода активов через подставные фирмы, зарегистрированные на… Меня?! — Боже мой… — выдохнула я, глядя на скан учредительного договора фирмы-однодневки «Феникс», через которую прогнали сто миллионов рублей. Там стояла моя подпись. Поддельная, но качественная. Я не просто пешка, а еще и козел отпущения. Когда все рухнет, Глинский останется чистым, а в тюрьму пойду я. Как генеральный директор фирмы-помойки. Вот почему он так настойчиво требовал мои паспортные данные для «восстановления документов». Он не восстанавливал их. Он лепил из меня зиц-председателя. |