Книга Развод без правил, страница 67 – Вера Главная

Лицо Глинского окаменело. В глазах вспыхнула холодная, фанатичная ярость.

— Потому что у Аксенова нет слабых мест, — прошипел он, приближаясь вплотную. В нос шибануло запахом древесного одеколона, смешанного с моим страхом. Во рту появился противный металлический привкус. — У него нет семьи, друзей или привязанностей. Он — бездушный робот. Или, был роботом, пока не появилась ты. Я следил за ним годами. Ждал, когда же он оступится, совершит ошибку. И тут появилась ты — молодая, дерзкая, красивая. Он потерял голову. Нарушил свои же правила. Похитил, привез в неприступный бункер, чтобы приручить. И ты великолепно отыграла свою роль.

— Я не вещь! — попыталась оттолкнуть Глинского, но он перехватил мою руку. Его пальцы сомкнулись на моем запястье стальным капканом.

— Ты — ресурс, — жестко оборвал он, рывком притягивая меня к себе.

Надменное лицо оказалось в сантиметре от моего. Я увидела расширенные зрачки и затаившееся в глубине безумие, которое он так тщательно скрывал под маской бизнесмена.

— Ты — наживка. Кусок мяса, который я брошу в капкан, чтобы поймать волка. Неужели ты действительно думала, что мне нужны твои жалкие юридические таланты? Все, что от тебя требовалось, — подать иск. Разозлить зверя, заставить выйти его из равновесия. И ты справилась блестяще.

Мне сделалось дурно от обрушившейся ледяным душем правды. Глинский выдернул из меня стержень, лишая воли к борьбе и сопротивлению.

— Слушай сюда, адвокат, — процедил Глинский, сжимая мое запястье так, что кости хрустнули. — Твои доказательства ничего не стоят. Ты уже размечталась, как пойдешь в суд? Суда не будет. Вернее, он будет, но без тебя. Ты исчезнешь. Для всех — уедешь в командировку. Или сбежишь, испугавшись ответственности за махинации с фирмой «Феникс». Да-да, той самой, где ты — генеральный директор.

— Ты не посмеешь, — прошептала я, ощущая, как внутренности скручивает в тугой узел.

— Еще как посмею, — Глинский усмехнулся. — Видишь ли, Ира, ты стала опасным свидетелем. Слишком много знаешь. А такие люди долго не живут. Но перед смертью ты сыграешь последнюю роль.

— Какую? — спросила машинально. В голове не укладывалось, что все это происходит со мной.

— Роль жертвы, конечно, — обыденно произнес Петр. — Мы прокатимся с тобой за город. В какое-нибудь тихое, уединенное место. И ты позвонишь Виктору. Будешь плакать и умолять о помощи, а после расскажешь ему, где ты. И он приедет. Обязательно приедет, потому что старый дурак решил поиграть в любовь. И когда он появится, я убью вас обоих.

Мир покачнулся. Стены кабинета начали сужаться, давить на меня. Тошнота подступила к горлу. Глинский рассуждал об убийстве так буднично, словно планировал совещание.

— Ты больной психопат, — выплюнула ему в лицо.

— Я — бизнесмен, — парировал он, отпуская мою руку с брезгливостью, словно касался чего-то грязного. — И я зачищаю бесполезные активы. От тебя одни проблемы. Сначала Виктор перекрыл каналы отмывания, теперь ты влезла в мой ноутбук.

В коридоре послышался топот. Дверь распахнулась, и в кабинет ворвались двое охранников — те самые, что пасли меня весь день. Они замерли, увидев меня, прижатую к стене, и Глинского, возвышающегося надо мной.

— Петр Алексеевич, сработала сигнализация на сервере... — начал один из них, тяжело дыша.