Книга Измена. Ты больше не моя, страница 41 – Даша Черничная

Она проходит мимо, садится на стул и забирает мою чашку. Заглядывает внутрь, отпивает, морщится.

— Жуть.

— Мне жаль...

— Переживу, — вздыхает.

— Мне жаль, что твоя мать умерла. Соболезную твоей потере. Наверняка она была хорошей женщиной.

— Самой лучшей, — Варя улыбается краешками губ. — А где твоя мама?

— Там же, где и твоя, — поднимаю глаза к потолку.

Варя хмурится.

— Что произошло?

— Ее убили, — отвечаю спокойно.

Это давно пережитая потеря, которая отдает только ноющей болью в области сердца.

— Как? — ахает Варя.

— Ее похитил конкурент отца. Требовал выкуп.

— Отец заплатил?

— Заплатил. Но это не вернуло ее.

Может, он поэтому и стал таким жестоким?

Варя закрывает рот ладонью и бормочет сквозь нее:

— Господи, прости, пожалуйста. Твой отец наверняка отомстил за нее?

— Нет. — Варя округляет глаза. — Отомстил я. Собственноручно вырезал сердце у каждого, кто был причастен к ее смерти.

Мне ни к чему скрывать. Это я. Тогда я не мог иначе и спустя много лет понимаю, что не изменил бы своего решения.

Мы снова замолкаем, Варя явно ошарашена и больше не спрашивает ничего. Очухивается она через некоторое время. Бьет ладонями по коленям.

— Господи! Я даже не сделала ничего для организации похорон.

— Успокойся, я все сделал. Похороны сегодня в двенадцать. Поминки в час дня.

— Но… почему? — спрашивает тихо.

— Потому что не могу иначе. Собирайся. Я съезжу домой, переоденусь и вернусь через два часа, заберу тебя.

Поднимаюсь, Варя вскакивает следом.

— Булат, мне даже на поминки позвать некого. Все подруги мамы за тысячу километров, а тут она ни с кем не дружила.

— Значит, будет Миша и мои парни. Многие знают тебя. Если ты не против, конечно.

— Я не против, Булат. Я благодарна тебе, — произносит очень мягко.

Надо валить, Булат. Прямо сейчас. Я так и делаю — киваю на ее благодарность и ухожу от греха подальше.

Варвара

Время течет катастрофически неправильно. Медленно.

Я жду, чтобы этот день скорее закончился, но часы показывают лишь девять утра.

Я умываюсь, надеваю черную водолазку и черные брюки, волосы собираю в пучок, накидываю черный платок и открываю телефонную книгу.

Звоню подругам мамы, нашим соседям. Девочкам из цветочного. Предупреждаю их, что меня не будет некоторое время.

Набираю номер Миши. Но он не берет трубку. Не отвечает ни на первый звонок, ни на второй.

Проверяю журнал вызовов. Он не звонил и не писал вчера. Последний наш разговор состоялся четыре дня назад.

Я не успеваю подумать об этом, потому что возвращается Булат.

Он весь в черном. Черные брюки и рубашка, черный шерстяной пиджак. Выглядит грозно, но былого страха в отношении этого мужчины у меня нет. От него не осталось и следа.

Булат холоден, жесток, хмур. Он не пытается казаться тем, кем не является. И это подкупает.

Ахметов окидывает меня взглядом, но я быстро отвожу глаза и иду за ним по лестнице вниз.

В машине нас четверо — впереди сидят двое из охраны. Парни соболезнуют мне, но не более. Не отвлекаются от дороги, ну а мы с Булатом молчим.

Дальше все происходит быстро. Морг, кладбище.

Я не вижу людей, не чувствую холода. У меня вообще нет эмоций. Батюшка читает молитву, и гроб засыпают землей.

Практически сразу все расходятся, остаемся только мы с Булатом и двое охранников, которые стоят поодаль.