Книга Тот, кто меня защитит, страница 48 – Даша Черничная

Алехандро говорит искренне, но выглядит усталым, поэтому я решаю не держать его. Мы быстро перекусываем, и я отправляю его наверх, чтобы он отдохнул.

Сама поднимаюсь к себе в спальню и выглядываю в окно: машина Яда стоит на подъездной дорожке, но в дом он не входил. Вероятно, или курит на улице, или отправился в спортзал, который находится в подвале.

Я сбрасываю с себя уличные вещи, принимаю душ и переодеваюсь в штаны и футболку. На часах девять вечера. Спать еще рано. Не зная, чем занять себя, открываю книгу и принимаюсь читать.

Буквы скачут передо мной, слова сплетаются друг с другом, как змеиный клубок, а хаос мыслей вытесняет все прочитанное.

Мне на дает покоя многое, в частности, я совершенно не понимаю, откуда в моем охраннике две совершенно разные личности: изысканный Марат и безжалостный Яд.

Ведь это две абсолютные противоположности в одном человеке.

Что произошло в его жизни, что заставило задвинуть Марата на задворки и явить миру ядовитого Яда?

Помучив бесцельно книгу, поднимаюсь и иду вниз. По пути я не встречаю никого, а увидев полоску света из-под двери, ведущей в отцовский кабинет, приостанавливаюсь.

Вероятность того, что отец возьмет и выложит мне все о своем подчиненном невелика, но, возможно, я смогу понять суть?

Стучусь в кабинет и прохожу внутрь. Стас сидит за столом, свет приглушен, горит только настольная лампа. Увидев меня, отец тут же собирает в стопку часть бумаг, разложенных на столе, открывает ящик и прячет их туда.

— Как дела, дочка? — спрашивает он и устало улыбается.

Я бы хотела, чтобы в наших с отцом отношениях изменился градус: чтобы он стал нежнее ко мне, а я бы хотела стать ближе к сильному Станиславу Северову. Но пока что его броня не пускает меня внутрь, хотя все-таки просветы иногда случаются.

Отец одет в белую рубашку, у которой до локтей закатаны рукава, на столе лежит скомканный галстук. Стас выглядит потрясающе для своего возраста. Сейчас же он кажется усталым, измотанным сегодняшним днем — или целой жизнью, на его лице несколько морщин, которые вовсе не делают его старше, скорее, добавляют солидности. Я видела, как на него смотрят женщины. Так, будто готовы сожрать его прямо в одежде. Однако отец всегда ведет себя достойно и не компрометирует себя, что не может меня не радовать.

Плотно прикрываю дверь и прохожу внутрь, забираюсь с ногами в кресло и кладу голову на коленки.

— Все нормально. А у тебя как дела с предвыборной кампанией?

Отец поднимает со стола бумажку с какими-то графиками, машет ею и слегка улыбается.

— Вчерашний прием, на котором ты блистала, принес мне двадцать процентов к рейтингу.

— Ого! — удивляюсь я. — Это потому, что у тебя появилась дочь?

— Не просто дочь, а самая лучшая дочь! — говорит с такой искренностью, что у меня сжимается сердце. — Вежливая, отзывчивая, умница, волонтер.

Я действительно помогаю в приютах и участвую в мероприятиях администрации: высадка деревьев, сбор мусора возле русел рек. Для меня несложно, отцу приятно, природе полезно — никто не проигрывает.

— А в остальном? — знаю, что он не пустит дальше, но не спросить не могу.

Отец склоняет голову на бок, рассматривая меня, а потом спокойно произносит:

— Не могу сказать, что все идет гладко, но это лишь кочки на пути к будущей цели.