Книга Дядюшка Эбнер, мастер отгадывания загадок, страница 35 – Мелвилл Дэвиссон Пост

Дэбни продолжал регулярно клянчить у брата деньги, приходя к нему почти каждый день, и Чарли напивался, чтобы отвлечься.

— Где же мне было взять тысячу долларов? – вопросил он моего дядю и Рэндольфа.

Еще он рассказал, что в день, предшествовавший трагедии, все вообще пошло наперекосяк. Дэбни набросился на него, требуя денег, отчаянно твердя, что должен раздобыть их, чтобы спасти свою жизнь. А потом он заплакал!

Чарли яростно сплюнул при воспоминании об этом. Было что-то отвратительное, беспомощное и жутковатое в том, как дрожал Дэбни, как звякали его серьги, как в глазах его стояли слезы… Человека, весь облик которого казался воплощением жестокой отваги, сокрушил страх! Чарли сказал, что хуже всего было то, как большие серьги-полумесяцы хлопали по белым дрожащим щекам брата.

Рэндольф подумал, что старый Чарли расписывает все в таких красках потому, что лжет. Если же он говорит правду, то причиной таких баек может быть только алкогольное опьянение. В любом случае судья высказался напрямик:

— Чарли, ты пытаешься всучить нам морскую историю вроде тех, какие сочиняют грошовые писаки. У тебя ничего не выйдет!

Пьяница задумчиво посмотрел на Рэндольфа.

— В общем, ты прав – именно на историю про пиратов оно и похоже. Но это не рассказ из книжки, а правда.

И он повернулся к моему дяде.

— Ты ведь знаешь, что это правда, Эбнер.

Рэндольф после сказал, что именно тут все его устоявшиеся представления о здравом смысле и достоверности внезапно полетели к черту, потому что мой дядя Эбнер ответил:

— Да, я думаю, что все это правда.

Чарли достал из кармана большой носовой платок и вытер лицо. Затем сказал просто, бесхитростно, как ребенок:

— Мне страшно!

По словам Рэндольфа, можно было сомневаться во всем остальном, но только не в этом. Чарли Мэдисон, несомненно, боялся.

— Я все понял, – продолжал Чарли. – Они охотились за Дэбни из-за того, что, по их мнению, хранилось в его сундуке. Они предложили оставить его в покое, если он отдаст им тысячу долларов. Вот почему он как безумный пытался раздобыть деньги. Когда они увидели, что сундук пуст, они подумали, что его обчистил я… Или что я знаю, где Дэбни все спрятал – и теперь они охотятся за мной!

Старый Чарли на мгновение замолчал, чтобы вытереть лицо.

— Я не хочу, Эбнер, чтобы меня прикончили в постели так же, как Дэбни. Что же мне делать?

— Ты можешь сделать только одно, – ответил мой дядя. – Положи деньги под вяз на лугу.

— Но, Эбнер, где я возьму тысячу долларов? Как я уже сказал Дэбни, мне неоткуда их взять.

— Я их тебе одолжу, – сказал дядя Эбнер.

— Но, Эбнер, у тебя в кармане нет тысячи долларов золотом.

— Это верно, – согласился мой дядя, – но если ты дашь мне право заложить твои земли, я обязуюсь уплатить деньги. Поместье в руинах, и все же стоит вдвое больше тысячи.

Рэндольф рассказывал, что к другим странным, безумным, нелепым событиям того памятного, необыкновенного дня добавилось еще одно, когда он подписал доверенность на управление землями Мэдисонов как обеспечение обязательства Чарли вернуть Эбнеру тысячу долларов.

В словах моего дяди Эбнера было столько уверенности, и он обладал таким талантом вселять веру в людей, что когда он уехал вместе с судьей, Чарли успокоился и уже не сомневался, что избежал опасности… Независимо от того, грозила ли ему опасность пасть жертвой пиратов-убийц с большого болота или кончить жизнь на виселице в Вирджинии.