Книга Тихая ночь, страница 117 – Энн Кливз

— Почему?

— Это было довольно безумное время. Да, безумное. Сейчас мы ведем себя приличнее.

— Как вы там оказались?

— Она пригласила. Мы познакомились в поезде. Знаменитом ночном из Лондона в Абердин. Может, он до сих пор ходит. Я ехал в Данди на литературный ланч, а она – домой. Ни у кого не было спального места, и мы всю ночь пили и болтали. Одна из тех запоминающихся странных встреч, которые меняют жизнь. «Приезжайте в гости. Я обожаю творческих людей». Она была и остается такой харизматичной, не находите? Я был очарован. После выступления в Данди я отправился в Абердин и сел на паром. Не уверен, что она сразу вспомнила меня, когда я появился на пороге пасторского дома. В поезде она много пила. Я воображал, что у нас будет роман, что она пригласила меня как родственную душу, но в доме было полно людей.

Он повернулся к Пересу и улыбнулся.

— Немного унизительно. Я явился с шампанским и шоколадом, а в ответ – пустой взгляд перед тем, как меня впустили. Понимаете, почему я не хотел повторять тот опыт? Если она не узнала меня через два дня после знакомства, то вряд ли вспомнила бы спустя пятнадцать лет.

— Кто еще гостил у нее тем летом?

— Точно не знаю. Пара молодых людей, студентов-художников из Глазго.

— Джереми Бут, – сказал Перес. – Он был там.

— Тот, что погиб у причала в Биддисте? – Уайлдинг выглядел искренне удивленным. – Неужели?

— Вы его не помните?

— Нет.

Перес положил фотографию с вечеринки Беллы между ними.

— Может, это освежит память.

Уайлдинг взглянул на снимок.

— Боже, я даже не помню, как делали эту фотографию. Кажется, никогда ее не видел. Белла выглядит потрясающе, но у нее несчастный вид.

— Думаю, это вы.

Перес указал на темноволосого мужчину.

— О да, конечно. Таким я себя и помню. Всегда вздрагиваю, когда смотрю в зеркало.

— А маски к чему?

— Причуда Беллы. Ее представление об изысканном вечере.

Перес снова указал на фото.

— Мы думаем, это Джереми Бут. Узнаете?

Уайлдинг задумался.

— Кажется, да. Знаете, когда вы впервые назвали его имя, оно показалось знакомым. Он был актером, как вы и сказали, и гостил у Беллы тем летом. Но недолго. Я был одержим и не мог уехать, пока не уехали все, а он пробыл лишь несколько дней. Появился под конец моего визита. Белла подобрала его примерно так же, как и меня в поезде. Думаю, он ожидал романтических отношений, как минимум секса, и был в точности так же разочарован. Ходил за ней, как влюбленный щенок, но никто не воспринимал его всерьез. Тогда он выглядел совсем не так, как на фото в газете, и не похож на того, кто устроил сцену в «Сельдяном доме». У него были длинные волосы. Звали его Джем. Мы неплохо ладили. Не могу поверить, что Белла его вспомнила. У нее было столько поклонников.

— Из-за этой фотографии. Что-то пробудило память.

— Снимок сделали на прощальном ужине, – сказал Уайлдинг. – Мы говорили, что не хотим уезжать, но вроде как были рады, что все заканчивается.

— Но вы вернулись спустя пятнадцать лет. Значит, это место для вас много значит.

— Ну, на этот раз я приехал на Шетланды с совсем другими ожиданиями. Хотел покоя и убежать от подруги. Вернее, от одержимости ею. Я встретил Хелен вскоре после того лета в пасторском доме. Она совсем не похожа на Беллу. Хрупкая, довольно застенчивая. Хотя она тоже меня очаровала.