Книга Тихая ночь, страница 63 – Энн Кливз

Тейлор раздраженно поморщился – это ведь он ведет допрос.

— Да. Я был не самым простым ребенком. Гиперактивным. Почти не спал. Маме, наверное, было нелегко – еще и отец на руках. Поэтому на выходные и каникулы я чаще всего приезжал к Белле. Я это обожал. Здесь всегда что-то происходило. Полный дом гостей – художники, музыканты. Наверное, тогда я и подсел на вечеринки. А еще я был центром внимания – меня постоянно развлекали. Помню одного фокусника – он устроил для меня целое шоу: кролики из шляпы, карточные трюки… Позже я понял, что это было скорее для Беллы, все хотели ей угодить, но тогда это казалось волшебством. А еще тут была свобода, которая отсутствовала в городе. Белла не заставляла соблюдать режим, и я мог бродить где угодно.

— После этого реальная жизнь, наверное, казалась пресной, – заметил Перес.

— Еще бы. Кажется, всю жизнь я пытаюсь поймать то ощущение. – Родди криво ухмыльнулся. – Но ничто с ним не сравнится.

— У Беллы были серьезные отношения с кем-то из гостей?

— Точно нет. Может, конечно, она с кем-то и спала, но я этого не знал.

— А с матерью ты поддерживаешь связь? – спросил Перес.

— Сейчас у нас все нормально. В юности я был к ней жесток. Наверное, из-за горя. Не понимал, как она может быть с другим. С ее мужем у нас до сих пор напряженка, но ради нее мы держимся в рамках приличия.

— Англичанин, который погиб, – вернулся к делу Тейлор. – Мы считаем, что это он пытался сорвать выставку вашей тети. Нет идей, зачем ему это?

— А зачем это вообще кому-то?

— У вашей тети нет врагов?

— Куча отвергнутых поклонников, – рассмеялся Родди. – Белла всегда притягивала мужчин. Как я и говорил, в Биддисте постоянно толклись гости, млевшие от нее, – от прыщавых студентов до солидных интеллектуалов. Для ребенка это было забавно. Детям ведь нравится, когда взрослые выставляют себя идиотами. Да и сейчас она всех привораживает. Ей льстит внимание. Иногда мне кажется, что ей одиноко, но остепениться она не хочет.

— В последнее время у нее был поклонник?

— Не знаю. Я давно не был дома. Мог пропустить.

— Она никого не упоминала?

— Что за ней следит лысый англичанин с привычкой рыдать на публике? Нет, инспектор. Да если бы и так, ей не пришлось бы его убивать – она умеет постоять за себя другими способами. Избавилась бы от него, не прибегая к насилию.

Ветер на берегу, видимо, изменился – воздушный змей резко нырнул в песок. Девочка бросила веревку и побежала к нему с раскинутыми руками, повторяя его зигзагообразное падение. Кенни Томсон разворачивал лодку к берегу.

— Если тот спектакль на вечеринке был попыткой навредить Белле, то довольно бестолковой, – продолжил Родди. – Англичанин не сорвал выставку. Все тетины лондонские друзья там были. Они все равно напишут рецензии, картины вернутся в галереи. Это был просто жест. Провальная затея. – Он снова улыбнулся. – Инспектор Перес подозревал, что это я разбросал листовки об отмене открытия выставки, но уж если б я хотел сорвать ее, то придумал бы что-нибудь получше.

— Ваша тетя говорит, вы собираетесь покинуть Шетланды.

— Хотел уплыть сегодня на пароме, но вряд ли успею. Не могу себя заставить. Начал собирать вещи, но внезапно все это показалось муторным, и я сбежал сюда. Может, уплыву. Мне больше нравится паром. Или полечу первым рейсом завтра – будет еще один вечер, чтобы попрощаться как следует.