Книга Черный ворон, страница 79 – Энн Кливз

Он вернулся в спальню, наспех оделся и вышел. Магнус не помнил, когда последний раз столько времени проводил в помещении. Даже во время болезни, с саднящим горлом и кашлем он предпочитал находиться на воздухе. Наверное, последний раз это было после исчезновения Катрионы. Тогда он тоже просидел взаперти целый день. Люди собрались у дома, причем более злые, чем вчера, – ведь Катриона была своей. Кеннет родился в Рейвенсвике. Его семья жила в долине испокон веков. Не то что Росс, переехавший всего полгода назад. В тот день они стучали в окна, пока мать не вышла и не закричала, чтобы Магнуса оставили в покое.

«Он хороший мальчик!»

Она прокричала это так громко, что Магнус услышал, даже трясясь от страха в спальне. Интересно, сказала бы она то же самое сейчас?

Он приоткрыл дверь, сначала на щелочку – если там кто-то есть, можно будет быстро захлопнуть и задвинуть засов. Внизу у тропы стояла машина, но сначала он не обратил на нее внимания. Наполнил оловянное ведро торфом и похвалил себя за сообразительность. Если на рассвете люди вернутся, у него хотя бы будет чем топить. Поставил ведро в тамбур, вышел подышать, удивился, как тепло. Даже без куртки не чувствовал холода.

Тут-то он и заметил человека в машине. Тень головы на водительском месте четко выделялась. «Он следит за мной. Сидит тут всю ночь и караулит». Это даже польстило Магнусу – человек дежурит ради него. Неужели они боятся того, что он может сделать? Боятся его? Правда?

Он прошел немного вниз по тропе, не слишком далеко – чтобы успеть добежать домой, если что. Примерно до середины пути к машине. Мысленно назвал того человека «наблюдателем», хотя не понимал, чем тот занят. Прошелся, чтобы размяться и посмотреть на реакцию полицейского.

Потом что-то заставило Магнуса обернуться. Он взглянул на холм за дорогой в Леруик – в доме жены Хантера горел свет во всех окнах, рядом стояли машины и тот самый фургон, что был у его дома, когда нашли Кэтрин. А по склону ползли огоньки фонарей. Тогда он понял: они нашли Катриону. И скоро придут за ним.

Когда они пришли, он был готов. В расписном шкафу висел костюм – тот самый, что он надевал в часовню по воскресеньям с матерью. В последний раз Магнус носил костюм на ее похоронах. Раскладывая одежду на кровати, вспомнил панихиду: запах сырости, полироля для скамеек. Он сидел в первом ряду один – все родственники давно умерли. И дядя, и двоюродные братья. Но в часовне было полно соседей, рядом с которыми она выросла. Он отлично слышал шепоток: «Это он ее убил. Она не вынесла позора. Мэри всегда была гордячкой».

Он нашел белую рубашку – потертую на манжетах, но чистую. Обещал ведь матери содержать себя в чистоте, и в хорошую погоду за домом всегда сушилось белье. Галстук, кажется, потерялся. В верхнем ящике комода лежали ленточки из волос Катрионы. Магнус часто доставал их – не ради воспоминаний (ее он не забыл бы никогда), а чтобы яснее видеть ее образ, перебирая шелковистые ленты между пальцами. Их гладкость волновала, напоминая о розовой нижней юбке из шелка, которую она носила под платьем.

Рубашка и костюм висели мешком. Пиджак сползал с плеч, пришлось искать ремень для брюк. «Наверное, я был крупнее, – удивился он. – Большим, сильным мужчиной». Но больше надеть было нечего, да и мать одобрила бы. «Только достойный вид. В знак уважения». Ленточки он положил на стол – не знал, что с ними делать. Они ведь краденые. Может, Кеннет и Сандра захотят их взять. Магнус заварил чай и сел у огня ждать. Дважды вставал – в туалет и чтобы налить воды ворону. Подумывал побриться, но сил не было.